Книга Жених с подвохом, страница 38 – Василиса Кириллова

Сказать, что Таносович был поражен, это ничего не сказать. Без того крупные серые глаза, стали еще крупнее, ноздри расширились, а губы сложились в неровный комок. Он молчал. А затем сказал куда-то в пустоту:

— Велесова сюда, быстро!

Двери распахнулись, Егор не зашел, он влетел в комнату. Встал за моей спиной, а я почувствовала какое-то родное тепло.

— Афанасий Таносович, что угодно? — начал Велесов.

— Георгий Василевич, ваша невеста выразила желание жить в ваших апартаментах, да и потребовала, чтобы вы курировали её, — начал ректор.

— Да, Афанасий Таносович, я хотел изложить всё в письменном виде, но Александра еще плохо знакома с нашими порядками, и решила попросить лично, правильно я понимаю, дорогая? — едва сдерживая радость, поговорил Велесов.

Дорогая? Я стобой еще поговорю! А вот держаться рядом с Велесовым было намного надежнее, чем с кем-то малознакомым в этой семинарии, да и с даром моим надо было что-то делать.

— Да, дорогой, — с наигранной улыбкой произнесла я.

— Ну, что же? В таком случае, жду документацию и договор с адептом тоже с вас, надеюсь, в этот раз вы не оплошаете.

Велесов сжал спинку стула, но совершенно спокойно ответил:

— Разумеется нет, Афанасий Таносович.

— Можете быть свободны, Георгий Васильевич, а вот вашу невесту попрошу остаться, мы еще не договорили.

— Нет, я предпочел бы остаться, — возразил Велесов.

— Друг мой любезный! Покои сами себя не приготовят. С вашей драгоценной ничего не случится, ступайте, — отмахиваясь продолжил Таносович.

Егор наклонился к моему уху и прошептал:

— Я вернусь за тобой, — и медленно вышел.

***

— Как видите, ваши условия выполнены! — замурлыкал Афанасий Таносович.

— Да, — подтвердила я.

— Вы всё еще хотите узнать информацию?

Хотела ли я? Да, очень хотела. Но торговаться было нечем. Поэтому просто ответила:

— Нет, я думаю мне это не к чему.

— И собираетесь выйти замуж за мужчину, который предал вас? — продолжал давить ректор.

Предал? Что же Егор сделал? Или это очередная ловушка. Попробуем узнать:

— Мы так далеко не загадывали…

— Очень любопытно… Любая на вашем месте грезила бы о свадьбе, — продолжал Афанасий Таносович.

— Возможно, но я на своем месте и меня это устраивает.

В памяти сразу всплыли слова бабушки:

— Каждый человек на своем месте, и надо быть благодарным за то, что имеешь, а не стенать по тому, чего нет. Возможно, я и сейчас не до конца понимаю, значения этих слов, но в их правдивости, я не сомневалась.

— Мудро, — заметил Таносович.

— Я могу идти? — спросила я.

— Да, вы можете быть свободны, — обронил ректор, и не провожая меня, направился к окну.

Глава 19

Велесов не помнил, как оказался на площадке возле охранного экрана, будто бы какая-то незримая сила потащила его туда, будто бы какой-то кукловод дернул за ниточку. Он шел по тропинке, которую они часто использовали с Вольговичем для незаметного выныривания из семинарии. Он почти подошел к экрану, когда увидел лежащую на земле Сашу, и суетившегося вокруг него Вольговича. Ярость, желание защитить, ревность опьянилинего, он рванулся к ним, пытаясь прояснить ситуацию. Еще раз осмотрел, понял, что проблема с левой рукой. Дал, команду Вольговичу. Если бы тот отказался, Велесов был готов вразумить его и другими способами. Но друг его понял, отступил. Попытался помочь девушке, но она заупрямилась, снова разжигая в нем злость, ревность, желание, страх. Да, страх, он очень боялся её потерять. Годы контроля не дали ему сорваться. Он взвалил девушку себе на плечо, ухватился покрепче, чтобы не вырвалась и отправился в лазарет. Девушка сопротивлялась, тем самым распыляя, внутреннего хищника еще сильнее. Когда он посадил её на кровать, увидел ее разволновавшиеся лицо: широко раскрытые глаза, легкий румянец на щеках, едва приоткрытые губы, такие манящие…