Книга Гримуар Скверны, страница 40 – Таша Вальдар

Алиса почувствовала, как по спине бегут мурашки, но она не отступала.

— Для чего? Какая цель у всего этого? Что нам нужно делать?

— Цель? — Элиас снова захихикал, и этот звук был сухим, как треск насекомых. — Цель — быть! Быть и страдать! Быть и причинять боль! Чтобы Он пил и креп! Вы — капли в Его океане, искры в Его костре! Что делать? То, что делают все в лесу, когда приходит голодная зима. Один охотится. Другой — становится добычей. Вы уже пробовали, да? Чужая агония так сладка... А своя... своя ещё слаще, когда отдаёшь её Ему. Это и есть молитва в этом храме!

— Прекрати нести этот бред! — крикнул Марк, но его голос дрогнул. Слишком многое из этого безумия попадало в цель.

— Бред? — Элиас внезапно выпрямился, и его фигура на мгновение показалась им огромной и древней. — Это не бред! Это единственная истина этого места! Вы думаете, вы первые? Вы — лишь новые строки в вечной книге, что Он пишет нашей болью! Гримуар Скверны — это не название! Это Его имя! И мы все — буквы в нём! Одни — крики ярости, другие — шёпоты отчаяния! А когда история надоест... — он понизил голос до леденящего шёпота, —...Он перелистывает страницу.

Алиса, бледная как полотно, продолжала допрос, цепляясь за его слова как утопающий за соломинку.

— Вы сказали... про других. Это лагерь. Где он? Кто они?

Элиас снова съёжился, словно испугавшись.

— Лагерь... Да, есть такие. Глупцы, что жгут костры в пасти зверя. Одни играют в людей, строят свои хлипкие стены из трусости и надежды. Другие... другие уже поняли. Они не ждут, пока их съедят. Они стали ножами в руках Голода. Они охотятся. На тварей... и на тех, кто слабее. Их клыки уже остры. Ищите их, если хотите. Но помните... в пасти зверя нет безопасных уголков. Только разные оттенки тьмы.

— Как найти этот лагерь? — потребовал Марк, делая шаг вперёд.

Но Элиас, словно получив незримый приказ, резко отпрянул в свою нишу.

— Уходите! Он не любит, когда я слишком много говорю. Он ревнует к своим новым игрушкам! Уходите, пока не стало поздно! Пока Он не начал диктовать вам вашу историю!

Он скрылся в темноте, и вскоре из ниши снова донёсся его безумный, тихий напев, теперь звучавший как заупокойная молитва по ним самим.

Марк и Алиса остались стоятьна месте, ошеломлённые и подавленные. Слова старика висели в воздухе тяжёлым, ядовитым туманом. Безумие? Да. Но в нём была ужасающая, неоспоримая логика этого места.

— Бред сумасшедшего, — попытался отмахнуться Марк, вытирая ладонью внезапно вспотевший лоб, но в его голосе не было уверенности, лишь трещина, идущая в самую глубину.

— Это не бред, — тихо, с окончательной ясностью, сказала Алиса. Её лицо было пепельным. — Это диагноз. А прогноз... — она посмотрела на Марка, и в её взгляде не было ни ненависти, ни страха, лишь пустота принятия, —...неблагоприятный.

Они снова посмотрели друг на друга. И в этот раз в их взгляде читалось нечто новое. Понимание того, что они находятся не просто в игре, а в ловушке.

Дорога, которую они инстинктивно выбрали после встречи с Элиасом, вела вверх. Влажная органика и пульсирующая плоть постепенно сменились грубым, пористым камнем, похожим на застывшую лаву. Воздух стал менее спёртым, в нём появилась тяга слабого, но настоящего ветра, несущего с собой запах пепла и остывшего камня.