Книга Лунный свет среди деревьев 2, страница 64 – Екатерина Боброва

Служанки, повинуясь моему приказу, встали с той стороны дверей, не закрывая их. Нас условно оставили одних.

– Ваше высочество, понимаю, невозможно завоевать доверие за несколько дней, но прошу поверить – я вам не враг. Дворец опасен, особенно для новых людей. Позвольте позаботиться о вас. Хотя бы пока ваш брат занят подготовкой к ритуалу.

И взгляд такой мученический… Страдалец. Он себя в защитники деве предлагает, а та упрямится.

– Расскажите мне о брате, – попросила я неожиданно для самой себя.

Тяньцзи тоже удивился.

– Что вы желаете знать?

– Все! – честно призналась я.

Князь странно на меня посмотрел, но возражать не стал.

– Наследный принц сильно переживал, когда вы пропали.Вы были его любимицей. Личным фениксом. Даже если я хотел играть, сначала мы играли с вами. Если ему преподносили сладости, он всегда делился. Подаренные игрушки оказывались в итоге у вас. После вашего исчезновения Вэньчэн долгое время мучили кошмары. Мне тогда дозволялось ночевать в его дворце. Помню, как он кричал во сне. Звал вас и матушку. Плакал, когда думал, что его никто не видит. Вы пропали как раз накануне праздника фонарей, и я предложил делать те фонари…. Мы оба верили, что если вы увидите их запущенными в небо, то сможете найти дорогу домой, – Тяньцзи потянулся к пиале, залпом опрокинул в себя – разбуженные воспоминания пекли, требуя их погасить.

Князь крякнул, удивленно взглянул на меня, но я, чуть отвернувшись, неспешно осушила свою. Ух… крепковато… А еще терпко и одновременно ароматно—сладко. Я словно цветочную поляну в себя вдохнула. В голове зашумело. Мир слегка поплыл, сделавшись приятным на вкус и вид, а сидящий напротив мужчина показался дико привлекательным. Меня захлестнула волна умиления, и губы сами собой расплылись в улыбке.

Если я с противоядием такое чувствую, каково его сиятельству? И я с азартом побилась сама с собой, что он и с трех пиал свалится.

Тяньцзи собрался. Поморгал, прогоняя накатившее. Откашлялся и продолжил рассказ:

– Он до сих пор их хранит. Фонари. Ровно шестнадцать. Продолжил делать, даже когда понял, что вы не вернетесь.

И я поняла, о чем попрошу брата в праздник фонарей. Мы запустим все. Один за другим. Сжигая прошлое. Мы оба задолжали друг другу детство. Так почему бы его не восполнить? Хоть немного.

И мысль о побеге вдруг показалась ужасно далекой. Между мной и свободой встало слишком многое: обещание королю—драконов, обучение в лучшей школе империи, обвинение в самозванстве, попытка отравления, Ляньин, которую по-хорошему надо было пристроить к целителям, ну и старший брат: без дракона и с кучей проблем.

Вот решу все и свалю с чистой совестью. Не обязательно замуж. Пусть Ло не рассчитывает, что я буду искать себе мужа лишь бы освободить его от клятвы. Не ему потом с этим мужем жить.

– А вы? – спросила тихо, поднимая взгляд на князя. – Что чувствовали вы сами?

Лицо мужчины исказила гримаса боли, и он поспешно схватился за пиалу, которую я успела наполнить.

Поддержим.

Хэ—х. Аж до слез.

И никакой он не каменный. Вон смотрит так… аж до мурашек. И дышит. Словно бежит куда-то.

– Я не мог плакать, я старшим был, – просипел Тяньцзи, переводя дыхание, – но мое сердце болело каждый раз, когда вспоминал о вас. Вы мне как сестра… Нет, больше. Лучше…

Его взгляд затуманился, речь начала заплетаться. И ведь по паре глотков считай осилили. Какое там девять пиал?!