Книга Сотворить судьбу, страница 42 – Лия Виата

— Пусть ты и король Драконов, но упрям прямо как осел. Я живу здесь не один век. Уж знаюо чем говорю, — не остался в долгу Феликс.

Растус резко остановился. Его терпение оказалось на пределе. Руки и лицо начали покрываться чешуей, а из груди вырвался рык. Феликс немного прищурился, но не стушевался. Может, оторвать-таки хотя бы ему голову? Рен подорвался на ноги, схватил его за руку и улыбнулся друзьям.

— Мы сходим прогуляться, а вы пока без нас подумайте что делать, — быстро произнес он и выволок его на балкон.

Растус сопротивляться не стал. Лучше, действительно, остановиться сейчас, иначе точно прольется чья-то белоснежная кровь. Он хмыкнул себе под нос, решив, что у Оракула она точно должна быть такой же белой, как и волосы с одеждой. Интересно прав ли?

Рен расправил свои красные крылья и спустился в сад. Растус последовал за ним. Он приземлился около одного из трехъярусных фонтанов и осмотрел цветущий сад. Сладкий запах вскружил ему голову и заставил лишиться сил. Он сел на ближайшую лавочку и вздохнул. Чешуя скрылась под кожей.

— Я понимаю твоё состояние, но злостью дело не решить. Может, стоит послушать Феликса и хотя бы попробовать заглянуть в себя, пока те двое не ушли слишком уж далеко? — мягко спросил брат, садясь рядом.

Растус ещё раз вздохнул. Налетел ветер, кинув им в лицо несколько капель из фонтана. Рен схватился за свои длинные алые волосы, заплетенные в хвост сзади, чтобы они не разлетелись. Сверху раздался шум. Растус поднял голову и увидел стаю спешащих в сумерках птиц. Они показались ему вдруг такими свободными.

Он никогда не жалел о том, что родился первым принцем Драконов, но иногда ему всё же хотелось сбежать хотя бы на пару часов от всего этого. Его взгляд упал на запястье. Знак фатума чуть побледнел, но не исчез. Растус почувствовал себя собакой на привязи. Это заставило его поморщиться.

Рен пихнул его плечом, привлекая к себе внимание и обворожительно улыбнулся. Ему стало значительно легче. Присутствие милого младшего брата его всегда успокаивало.

— Ладно, хорошо. Я попробую, но если не получится, то вернусь и сверну тому наглецу шею, — наигранно спокойно отозвался он.

— О, я тебе тогда помогу. Никто не имеет права оскорблять Дракадриат даже из самых светлых побуждений. — Рен серьезно кивнул.

Растус подавил смех. Они могли сколько угодно разговаривать об этом, но оба прекрасно знали, чтопопытайся они вытворить нечто подобное, как Мистрития вздыбиться, как кошка, и броситься на защиту мужа своей подруги. В таком случае они оба окажутся бессильны что-либо ему сделать.

Растус прикрыл глаза, снова ощутив ветер на лице. Он постарался полностью очистить голову. Вышло далеко не с первого раза. Зато когда получилось, его окутала теплая темнота. Какое-то время ничего больше не происходило. Потом что-то толкнуло его в спину.

Он резко открыл глаза и потерянно осмотрелся. Во все стороны от него расстилалось поле, заросшее колючками, крапивой и совсем уж не известным ему бурьяном по пояс. Сверху светила едва появившаяся на небе луна. Больше всего настораживала оглушающая тишина. Мир замер. Он прислушался к внутреннему Дракону, но тот молчал. Это хоть немного, но успокаивало.

Вдалеке появилась фигура, закутанная в черный плащ. Пусть она и находилась очень далеко от него, но он тут же её узнал. Адель шла по полю, постоянно оглядываясь. У него возникло чувство, что она чего-то опасается. Он резко сорвался с места и начал стремительно сокращать расстояние между ними.