Книга Психолог для дракона, страница 5 – Юлианна Винсент

“Господи, Настя, как же хорошо, когда мозг начинает работать”,— с облегчением подумала я про себя.

Вот только остался один вопрос: чем же мы с этой дамочкой похожи?

— Франческа, вы меня слышите? — профессор Хейнрот щелкал пальцами у меня перед глазами, видимо я зависла в своих рассуждениях и не заметила, как лекарь производил вокруг меня какие-то манипуляции.

— Да, конечно, профессор, — отмерла я. — Со мной все в порядке?

— На данный момент, сложно сказать однозначно, — мужчина озадаченно почесал затылок. — Видимых физических повреждений у вас нет, что, несомненно, хорошо. С ментальным фоном тоже все в порядке, что, на самом деле, немного странно, учитывая обстоятельства произошедшего…

— Почему? — спросила я быстрее, чем осознала, что эта дамочка должна была знать, почему.

Лекарь почти смог скрыть удивление на лице, но все же объяснил:

— Вы ткнули Истероидным Копьем в одного из самых бесконтрольных ангеров-первокурсников, — сказал Хейнрот так, словно я должна была понимать, что это значит.

Понимать должна была! Но не понимала! Нужно было срочно что-то придуматьи тут на помощь пришел сам доктор Айболит:

— Скажите, вы помните, кто вы? Как вас зовут?

Точно! Как я сама не догадалась — выборочная потеря памяти: что хочу помню, что не хочу — не помню! Гениально!

— Меня зовут Франческа Юнггер, — начала я медленно, пристально смотря на лекаря и ища в его глазах подтверждение своим словам.

Хейнрот кивнул.

— Я профессор…, — сделала вид, что усиленно пытаюсь вспомнить чего именно я профессор, но не вспомнила и сделала максимально испуганное лицо. — Я не помню!

— Вы профессор…, — начал подсказывать мужчина.

— Я не помню! — почти переходя на панику, соскочила я с кушетки.

— Ну, хотя бы поведение осталось прежним, — вроде облегченно, а вроде и нет, проговорил лекарь. — Успокойтесь, Франческа. Частичное забытие является одним из симптомов применения Истероидного Копья. Все в порядке! Память к вам постепенно вернется.

“Фух, вроде повелся!”— выдохнула я, делая вид, что успокаиваюсь. Благо мне были более, чем знакомы признаки паники и повышенной тревоги и изобразить их не составило и труда. Паническая атака, она и в магическом мире — паническая атака!

И пока лекарь делал в своей тетради какие-то пометки, я себе, в свой мысленный блокнот, записала: выяснить, что это за истероидное копье и почему им нельзя тыкать в студентов, кто такие ангеры (наверное, что-то связанное с гневом), и какой предмет я тут преподавала.

От предмета мысли унесли меня к ректору, который завтра утром ждал меня у себя с объяснительной и вот тут-то у меня случилась реальная паническая атака. Даже изображать ничего не пришлось. Как я буду объяснять ему завтра, что натворила эта полоумная дамочка, если я ничего об этом не знаю? Точнее, не помню!

— Профессор…, — зависла я на секунду, как бы вспоминая как зовут лекаря, — Хейнрот…

— Вы можете называть меня просто Дэмиан, — лукаво подмигнув мне, сказал доктор.

Что-то внутри подсказывало мне, что он не флиртует со мной, просто старается разрядить осознание того, что я половины не помню. Он сейчас был похож на большого кота, который приходит к тебе под бочок тогда, когда грустно и успокаивает тебя своим мерным мурчанием — это вызывало доверие и я решилась.

— Дэмиан, помогите мне, пожалуйста, с объяснительной для ректора! — я смотрела на мужчину глазами, как у кота из Шрека, полнымислез. — Я не помню, за что, но он точно меня ненавидит.