Книга Друг. Любовник. Муж, страница 47 – Александра Седова

— Макс! — говорит, встаёт из-за стола и тянет руку для приветствия. — Какими судьбами?

Максим отпускает мою руку только на мгновенье. Чтобы ударить Геннадия Павловича по престарелому лицу. Я от неожиданности даже ахнула. Стою, смотрю на Гену, из носа которого потекла кровь и всю обиду как рукой сняло. Максимберет меня за руку и ведёт к выходу.

— Макс! — кричит Гена в след. — Да я просто проверить её хотел! — в голосе слышится отчаяние и безнадега.

Возвращаемся на парковку к машине. Смотрю на Максима и понимаю что что-то изменилось. Он будто ближе стал. Чувствую уверенность рядом с ним. Обнимает меня за талию, прижимает животом к себе и целует.

— Поехали. — говорит. — Вещи твои заберём. Ко мне переезжаешь. — открывает пассажирскую дверь и ждёт, когда в машину сяду.

— Я к тебе не перееду. — усмехаюсь и устраиваюсь в кресле. — Что за навязчивое желание жить вместе? — спрашиваю.

Максим заводит машину, поворачивается и смотрит на меня. Не глаза а сканер.

— Это естественное желание любого полноценного человека. Создать семью и воспитывать потомство.

— Макс, мне девятнадцать. — напоминаю. — Я люблю пить пиво с друзьями и играть в приставку. Какая семья? Какое потомство? — смотрю на него расслабленно откинувшись на спинку кресла. — Ты выбрал не ту. — отворачиваюсь к окну и выдыхаю.

— Ту. — говорит серьёзно. — Просто ты ещё этого не понимаешь.

Держит руль, смотрит в лобовое стекло и молчит. Вижу как недовольные посетители магазина объезжают огромный джип, нервно выглядывают в окна, ругаются.

— Поехали. — говорю.

— Куда? — спрашивает.

— Мне на работу надо. — отвечаю. — Из-за ваших аукционов, пол дня пропустила.

Снимает с ручника и трогаемся.

— Ты туда не вернёшься. — говорит на полном серьёзе, крепко сжимает руль, на меня даже не смотрит. — Это не подходящая работа.

— Не подходящая для чего? — чувствую как щеки горят, тело в жар бросает. — Для девушки серьёзного бизнесмена? Не по статусу?

Останавливает машину заехав на тротуар двумя колёсами. Понимает, что назревает серьезный разговор.

— Я обеспечу тебе материальную поддержку. — говорит строго, поворачивается и смотрит в глаза.

— Почему ты думаешь, что я сама не в состоянии зарабатывать? — спрашиваю, ощущая как по венам струится адреналин и накаляются нервы.

— Потому что это жизнь. Молодой девушке без поддержки не пробиться.

Усмехаюсь и чувствую что начинает трясти от злобы. Жажда справедливости разливается по венам холодным морозом, поднимая адреналин и готовность доказывать свою правоту.

— Жизнь, у каждого такая, какую он готов принять! — стараюсь говорить уверенно,но не особо выходит. — Моя мама жила с алкашом и терпела побои, потому что это жизнь. Мои друзья с которыми я все детство дружила, кто в тюрьме, кто сдох от передоза, потому что это жизнь. А меня такая жизнь не устраивала! Поэтому я сейчас здесь, а не в каком-нибудь борделе! — достаю из сумки свой новенький дорогой телефон и тычу им Максиму в лицо. — Это, Я сама себе купила! Квартиру, я оплачиваю сама! Я сама себя одеваю и кормлю! Да, это не тот уровень о котором ты говоришь. Но и мне не сорок! У меня еще все впереди! Выговорилась. Даже легче стало. Смотрю в его серьезное лицо, на руки что нервно сжимаю руль в дорогой кожаной обивке, вбираю носом запах его терпкого парфюма и аромат автомобильного ароматизатора, и понимаю что это все. Все сложилось само собой. Мы слишком разные. Если он не принимает мои убеждения, то нам не по пути. Открываю дверь и выхожу из машины. Иду по тротуару в сторону автобусной остановки и почему-то так тоскливо на душе. Вроде и не питаю к нему никаких особых чувств, но все равно обидно. Запрыгиваю в первый автобус, даже не взглянув на номер и сажусь в свободное кресло у окна. Достаю наушники из сумочки, которые как всегда переплелись проводами и завязались в морской узел. Пытаюсь распутать, но ничего не выходит. Нервно дёргаю и слышу треск оборванных проводов. Смотрю на тонкие жёлтые металлические проводки, которые выглядывают из белой резиновой основы. Слезы к горлу подступают. Где я теперь такие куплю? В магазинах давно только современные продаются.