Книга Заклятие – (не)покорная для бывшего, страница 14 – Евгения Медведская

— Мне плевать, что ты ему сказал. Мне плевать, как сильно ты опустился в своем желании растоптать меня…

Эритар остановил ее, поворачивая двумя руками к себе.

— Я сказал ему, что ты выбрала меня, потому что я спас тебе жизнь.

Беатрис собиралась закричать в ответ что-то обидное, но вдруг поняла. Она остановилась и по-другому посмотрела на человека, которого все эти дни ненавидела всей душой.

— Ты солгал тогда или сейчас? — спросила она.

Мужчина положил ей руку на талию и повел по коридору.

— Тебя никто не будет унижать, кроме меня. Никто не посмотрит на тебя свысока, кроме меня. Никто не сделает тебе больно, кроме меня, — пообещал он. — Но меня тебе будет достаточно.

Беатрис почувствовала, как сердце уходит в пятки. Эритар пугал ее и одновременно завораживал.

— За то, что вы поговорите, ты будешь наказана. Также ты будешь наказана за неподчинение и нападение. Поняла? Можно все отменить, если ты на пороге скажешь Антари, что любишь меня и не желаешь с ним иметь дел.

Беатрис подернулась к нему и твердо ответила:

— До смерти не замучаешь? А замучаешь — тебе же хуже. Мы оба знаем, что такое любовь, оба знаем, что такое власть. И оба знаем, что есть шрамы, которым не зарасти. Люди — не прощают, даже если забывают. Вряд ли ты захочешь сделать со мной что-то, после чего я тебя возненавижу до конца дней. Жить бок о бок с сильным и умным врагом мучительно, разве нет? Я поговорю с Антари, как считаю нужным сама. А дальше, я в твоих руках. Делай, что хочешь.

Эритар прижал ее к себе, хватая за идеально уложенные локоны и сминая их. Стон боли и страха прервал поцелуй, в яростном танце сошлись губы. Мужчина целовал ее, вкладывая в это свою злость, желание и любовь. Он придавил взвизгнувшую девушку к стене, раздвинул коленом ноги и вдруг вспомнил, что не дождется сопротивления. Тогда с садистским удовольствием он понял, как может сделать разговор бывших возлюбленных невыносимым. Улыбка, растянувшая его губы заставила Беатрис сжаться сильнее, чем злость в его глазах.

— Я буду желать тебя все это время. И ты тоже будешь. Как это несправедливо по отношению к Антари! Говорить будешь с ним, а твои мысли будут в моей постели.

— Прошу тебя не делать так, — умоляюще прошептала Беатрис.

Он лишь поднял бровьи улыбнулся. Девушка против воли подумала, что он безумно красив. Речь не шла о какой-то эталонной мужской красоте, лишь о том, что нравилось лично ей, что снилось почти каждую ночь. Внешность Эритара всегда казалась приманкой для ее души. Антари объективно был красивее, но сравнивая их в своем сердце, первенство она отдавала Эритару.

Вдруг Беатрис хихикнула. Она с ужасом представила, как скажет вслух, то, что ей пришло в голову. Как она откроет рот и выскажет ТАКОЕ человеку, во власти которого ее жизнь, воля и магия. Он обещал наказать и накажет, но девушка собиралась усугубить жестокость этого наказания. И иначе поступить уже не могла, потому что слова сами рвались из ее рта:

— А как именно ты сделаешь так, чтобы все время моего разговора с Антари, желал меня? Будешь смотреть книгу с неприличными иллюстрациями и ласкать себя за портьерой? Обещаю, что каждый раз, когда волна желания накроет меня, я буду представлять себе именно это. Твое сосредоточенное лицо, руку на твоем…

— Заткнись, — Эритар вдруг страшно пожалел о решении убрать подавление воли. Хотелось свернуть бестии шею прямо здесь, а тело швырнуть сопернику с повелением убираться вон.