Книга Заклятие – (не)покорная для бывшего, страница 44 – Евгения Медведская

С каждой секундой жгло сильнее. Как ни отдавала девушка приказы чужому телу, оно не подчинялось. В этот момент она ясно поняла: ничего не выйдет, потому что она посторонняя в этой оболочке! Магия заключит ее в себя как насекомое в смолу. Втянет внутрь и никогда не отпустит. Если она не умрет к утру, то будет обнаружена и наказана. Мужчина сказал, что гнев Дариморы устремится к ней.

Ртиа запаниковала.

«Дыши ровно», — рявкнул вдруг внутренний голос. — «Угомонись и дыши. Слишком много лишних мыслей, выкини из головы весь этот хлам, с сексом, кандалами, жуткой ведьмой в темнице, мужчинами и магическим забором! Этого нет! Есть ты, у тебя есть тело. Руки, ноги, задница. Сейчас думай только о левой ноге. Только левая нога. Больше ничего не существует во всем мире. Она медленно поднимается».

Нога действительно сдвинулась. Можно ли это было считать шагом, Ртиа не знала.

«Теперь правая. Колено, стопа, бедро, поднимай же это. Думай о том, как отрывается от землипятка, как приподнимается бедро, как сгибается колено!!»

Еще один шаг. Следующий дался проще и был уже совсем настоящим — нога действительно оторвалась от земли, вес перенесся на другую. Получалось. Ртиа считала шаги, несколько раз сбивалась. Цифры путались в голове: «один, два, пять, четыре, семь, семнадцать, восемнадцать, тридцать три, двадцать три». Десятки менялись местами.

«Тридцать восемь, дура!» — взвился внутренний голос, — «считаешь, как умственно-отсталая! Еще два шага! Давай же!»

Ртиа закончила движения и встала. Боль наполняла каждую клетку тела. Медузо-крапивный раствор забрался под одежду и не терял времени, раздражая кожу. Ноги ослабели, девушка и ахнуть не успела, как затылок встретился с мягкой травой. Руки и ноги дрожали, как желе. Слезы лились из глаз ручьями.

«Не смей себя жалеть», — подумала она. — «Пожалеешь потом, когда будешь далеко отсюда, а сейчас надо шевелиться, как говорил тот стражник».

Девушка каталась на спине, потихоньку возвращая себе контроль над мышцами. Получилось перевернуться на четвереньки, потом привстать. Девушка покрутила камнем вокруг себя, уловила направление, где он начал светиться синим и пошла.

Ей чудились шаги, мерещилось, что по следу кто-то идет. Ночная тьма вдруг показалась слишком светлой. Беглянка представляла себя как белую точку, сияющую в темном пространстве ночи. Она не выдержала. Темп становился все быстрее, страх гнал вперед.

Ртиа бежала. Воздух разрывал легкие, а непослушные ноги цеплялись одна за другую, будто бы кандалы по-прежнему были на ней. Добежать до леса, а дальше будет проще.

Замок темной громадой мешался с ночным небом. Рабыня влетела в лес, ища избавления. Деревья встретили неприветливо — густой подлесок держал оборону от чужаков намертво. Ртиа поправила на голове косынку, опустила ниже рукава куртки и пошла, отодвигая ветви, пробираясь под колючими лапами елей. Темнота быстро дезориентировала ее. Девушка задышала в панике оглядываясь по сторонам. Крикнула птица, хрустнула ветка. Этого было достаточно, чтобы ее душа, в теле-клетке забилась как испуганный зверек. Лес пугал даже больше замка. Ртиа вдруг подумала, что в замке ее лишь заставляли бы работать и использовали для удовлетворения мужчин. Здесь же явно ждала неминуемая смерть.

Что-то поползло по руке. Паническимдвижением она смахнула с себя какое-то насекомое, ощущая, как горит место, по которому оно ползло. В последний раз она спросила себя, не лучше ли рабство? Страх ночи и леса, о котором она ничего не знала, побеждал с каждой секундой. Но если остаться здесь и подставлять свою задницу под все желающие члены с утра и до вечера, то домой так не вернешься. Ртиа вспомнила свою убогую квартирку без ремонта, вспомнила вечно пустой кошелек и выбор — шоколадку на вечер или гречку на неделю. Жизнь в родном мире, пусть и не самая сладкая, показалась ей желанной настолько, насколько было возможно. Значит надо было выполнить задание Дариморы. А для этого нужно было сделать еще тысячи и тысячи шагов, переборов ужас.