Книга Заклятие – (не)покорная для бывшего, страница 66 – Евгения Медведская

— От чего же ты устала с самого утра? — взвилась гостья, наконец, сбрасывая с себя магию и отскакивая ближе к двери, чтобы занять удачную позицию.

Она подняла руки, красивым движением, захватывая силу. Беатрис лишь закатила глаза.

— До чего медленно, — зло выплюнула она. — Уснуть можно, пока ты атакуешь.

Она разрушила начатое заклятье. Дальше можно было действовать жестче, но Эвиан была с ней в одном статусе. Беатрис вспомнила о рабстве, и все равно статус был равным. За ее действия перед законом отвечал Эритар. Убить или изувечить означало пойти под суд. Она вернула женщину в кресло, надежно запечатывая магией.

— Кто сказал тебе такую мерзость? — спросила она. — Кто назвал меня рабыней и распустил этот слух?

Эвиан промолчала.

— С чего ты вообще пришла сюда?

Беатрис задала вопрос не ей, скорее, себе. Эритара здесь не было, значит гостья знала, что застанет ее в одиночестве. Цель была вывести из себя, оскорбить, но для чего? Вынудить напасть? Совершить преступление? Беатрис продумывала, какую реакцию от нее ожидали, чтобы она сделала, если бы не поговорила с хозяином откровенно? Ушла бы из дома?

А если оторвать Эвиан ее медовую голову, то отсюда ее заберет отдел магического дознавания.

Тар вчера просил не покидать его владений. Сдержаться?

— Эвиан, я спрошу последний раз, а после, оставлю тебя здесь дожидаться Эритара и уйду. Пусть он задает вопросы. Кто тебе такое сказал?

— Беатрис, — вдруг жалобно попросила женщина, — я не хочу с ним говорить. Он будет очень зол на меня.

— Тогда скажи, откуда сплетенки? — Беатрис присела и положила голову на подлокотник, заглядывая своей добыче в глаза. — Как девочка — девочке.

— Одна служанка этого дома прислала мне записку. Я платила ей за то, чтобы она рассказывала мне о том, что здесь творится в мое отсутствие. И она поведала очень интересные вещи.

Беатрис хмыкнула.

— Ты любишь его? — спросила она с сочувствием.

Эвиан кивнула и всхлипнула.

Для Беатрис было загадкой, что у гостьи на душе, но она решила предоставить инициативу своему хозяину.

— Тогда странно, что ты сюда доехала. Повеситься с горя и безнадеги можно было иу себя в спальне, Эвиан. Или тебе передали настолько мало информации? — расхохоталась Беатрис.

— Какая же ты дрянь, Беатрис. Мне не понять, почему Эритар так страдал по тебе, — вдруг выдала Эвиан. — Одно объяснение — он мазохист не иначе.

Темноволосая сдержалась. Не стала распахивать глаза или прикрывать рот ладонью. Не стала ржать как простолюдинка. Беатрис лишь пополнила копилку колкостей для Эритара, чтобы при встрече обрушить на него шквал издевок и шуточек насчет его личной жизни с Эвиан, включая предложение поменяться ролями и проверить теорию бывшей жены.

— Значит действительно страдал! — торжествующе повторила девушка, цепляясь за фразу и унижая этим собеседницу. — Имя служанки, — приказала она.

— Так ты рабыня или нет?

— А как думаешь? — Беатрис снова посмотрела ей в глаза, на сей раз склоняя голову на бок под неестественным углом.

— Я не знаю, — пожала плечами Эвиан.

— Если я рабыня, то здесь не по своей воле, верно?

— Да, — согласилась гостья.

— Если я здесь не по своей воле, то почему могу делать так?

Все предметы обстановки, повинуясь жесту девушки, взлетели вверх, включая кресло, на котором сидела Эвиан. Оно взмыло выше остальных вещей и несколько раз перевернулось. С гостьи слетел кулон и закатился куда-то под другую мебель. Женщина дико визжала.