Книга Мой любимый хулиган, страница 24 – Иоланта Палла

— А что случилось?

— У нее голова закружилась. Рухнула на пол, напугала нас всех до смерти.Обязательно пусть посетит врача. Я пока ее заменю.

— Ладно, — еле шевелю языком, пугаясь не на шутку.

— Пойдем, а то начнет опять геройствовать.

Ведет меня через небольшой холл к темной двери. Входим внутрь. Мама сидит на маленьком диванчике. Бледная и уставшая. У меня аж сердце сжимается.

— И зачем ты ее с уроков дернула, Свет?

— Потому что ты себя не жалеешь. Всех денег мира не заработаешь, Потапова. Ребенку мать нужна, а не загнанная лошадь.

И ведь не поспоришь…

— Мам, точно все нормально? — прижимаю телефон к уху, глядя на то, как Лиза красит губы нежной розовой помадой.

Она выглядит не просто принцессой, а убойной принцессой в корсете, пышной юбке аккуратных туфельках и с маленькой короной в волосах. Вздыхаю.

Парни, держитесь!

Мартыненко сегодня точно не останется без внимания, к которому так рвется.

— Да, Лена, все хорошо. Я, как и обещала, отдыхаю, смотрю сериал. Можешь спокойно веселиться с Лизой. Только будьте осторожнее.

Кривлюсь.

Мама не видела костюм, в который меня насильно хочет впихнуть подруга. Скупо прощаемся. С родительницей все хорошо, но чувство тревоги не отпускает.

— И что ты сидишь, Потапова? — Мартыненко поворачивается ко мне и упирается руками в бока. — Скоро выезжаем, а ты еще не одета.

Есть такое упущение. Не могу побороть свой страх. Как я буду выглядеть?

С тяжелым вздохом поднимаюсь и начинаю переодеваться.

— Ого… — Лиза округляет глаза, когда я натягиваю на себя вторую кожу, иначе наряд не назовешь.

Бросаю взгляд в круглое большое зеркало и застываю.

Проще пойти голой…

— Я знаю, что нужно сделать, — подруга с довольной улыбкой подбегает к раскрытому шкафу и выуживает из коробки черные ботильоны.

Будь на моем месте кто-то другой, я бы присвистнула, ведь они идеально вписываются в картинку, но я — не женщина-кошка. У меня смелости не хватит пойти в них на вечеринку. Да, и дело-то не в смелости. Я просто НЕ СМОГУ ПОЙТИ в них. Каблуки и я — мы по разные стороны баррикад.

— Не смотри на меня так, — Мартыненко впихивает мне в руки ботильоны. — Твой образ будет идеальным. Садись, — толкает меня к стулу, на который я приземляюсь от неожиданности. — Не хватает только удачного мейка.

— Нет-нет-нет, и еще раз нет, — отрицательно качаю головой. — Я все равно буду в маске.

— Издеваешься, Потапова? Без томного кошачьего взгляда шмотки останутся шмотками, — удерживает меня за плечи, когда я предпринимаю попытку подняться. — Стрелки и не простые, а под цвет глаз, — разговаривает явно не со мной, а с собой. — Да! — трогает косичку, пуская по моему затылку табун мурашек. — И волосы поднять наверх. О-о-о, Ленка, ты будешь самой сексуальной сегодня. Я уверена.

— Пф-ф-ф, — закатываю глаза.

Сексуальность — понятие, которое комне только сбоку в качестве шуточного плаката можно приклеить.

— Увольте, — снова дергаюсь, чтобы встать, но Мартыненко с силой давит мне на плечи.

— Черт, Лен! Не порть праздник! Когда мы еще сможем так нарядиться и повеселиться⁈ — срывается на истеричные нотки.

Поднимаю руки вверх вместе с ботильонами.

— Капитулирую.

— Так бы сразу.

Плотоядно облизывается и начинает колдовать над моим лицом.

Издевательство.

Стойко терплю, когда Лиза зачесывает волосы в высокий хвост. Тщательно прилизывает гелем каждую волосинку, чтобы все было идеально. С последним вечные проблемы.