Онлайн книга «Берегись, Ангел!»
|
— С удовольствием. — Цежу, опираясь руками о край стола, после чего разворачиваюсь и замираю от его дальнейших слов. — Только учти, что твоя мать в этом случае перекочует в соответствующую больницу. — Спокойно говорит, будто никогда с ней и не жил. — Тебе придется самому покупать ей лекарства и снабжать карманы докторам. — Не двигаюсь, скрипя зубами с такой силой, что челюсть немеет. — Решай, Данияр. Медленно поворачиваюсь и смотрю в холодные глаза, наблюдая, как отец равнодушно поглощает десерт. Хочется подбежать к нему, схватить за грудки и трясти, пока в нем не появится хоть что-то от нормального человека, но я лишь стою на месте. Внутри все огнем горит. Эгоизм борется с совестью, и последняя побеждает. — Успокоился? — Отец вытирает рот салфеткой и смотрит на меня. — Напоминаю, мы договорились о том, что ни одна душа не узнает о подробностях смерти Алисы, и тем более о местонахождении Валерии. — Крепче сжимаю кулаки и чувствую, что слишком близок к взрыву. — И твой бокс, — он потирает ладони, — это развлечение. Заканчиваешь школу и уезжаешь за границу. Место уже ждет. — Я похож на экспериментальную крысу? — Это для твоего же блага. — Снова спокойный тон, словно в его груди нет сердца, а вместо него поставили механическую установку. — Не нужно создавать проблему там, где ее нет, Данияр. Разговор окончен. Делаю пару шагов в сторону стола, но останавливаюсь, когда брови отца вопросительно поднимаются. Что я могу предъявить? Ничего. Продолжу доказывать свою точку зрения и окажусь на улице в лучшем случае, а в худшем потяну туда больную мать. От воспоминаний неприятно сосет под ложечкой, и я ухожу к себе. Впереди еще тренировка у Аристарха, но я не контролирую себя, оказываясь в спальне. Хочется все крушить от собственного бессилия. Хватаю стул и кидаю его в стену. Легче не становится. Прижимаю ладони ко лбу и пытаюсь успокоиться, но от этого еще хуже, потому что я не могу так поступить с мамой. Не могу. На нервах подлетаю к стене и начинаю бить о нее кулаками. Наплевать, что разбиваю их в кровь. Просто хочу избавиться от адских картинок, пролетающих перед глазами… Мне больно. Не понимаю, что происходит. Стою на кладбище и смотрю, как гроб опускается в яму. Создается впечатление, что нахожусь в какой-то параллельной вселенной, но не в своей жизни. Рядом раздается надрывистый плач. Мама… Рыдает навзрыд и, когда начинают кидать землю, рвется вперед с неразборчивыми криками. Валентина и кто-то из пришедших на похороны оттаскивают ее, а я, словно идиот, продолжаю стоять на месте и пялиться на происходящее. Боль сменяется жутким чувством вины. Я не выдерживаю. Разворачиваюсь и ухожу, не обращая внимания на отца, который холодно приказывает мне остаться, а Валентине увести мать с кладбища. Перехожу на бег и теряю связь с действительностью. Бесцельно брожу по городу, стараясь избавиться от тупой боли в районе сердца. Не получается. Возвращаюсь домой и по зову совести плетусь к матери. Долго стучу в дверь, но она не открывает. Липкий страх пропитывает каждую клетку организма, и я зову ее. Бесполезно. Выбиваю дверь в спальню и взглядом ищу маму, но ее нет. Слышен лишь шум воды из ванной. Сердце бешено стучит, но я иду туда. Медленно открываю дверь, и тело пронизывает паника. Мать лежит в алой воде, которая начинает литься через края ванны. Она не шевелится, а я ору во все горло. Зову на помощь и одновременно вытаскиваю ее… |