Книга Выскочка, научи меня плохому, страница 7 – Иоланта Палла

Мелкий жмет мне руку с серьезным видом, будто передо мной не шестилетний малец, а владелец мира сего. Улыбка сама лезет на лицо, пока он рассказывает, как запускал с отцом воздушного змея.

Да, мелкий, повезло тебе…

Теперь у тебя, слава богу, есть отец, который уделит время и покажет, как и что делать, чем я не мог похвастать.

Смотрю на Ангелику и ее братишку и понимаю, что они заслужили покой. Она перестала быть понурой и серой. Светится вся. Живет.

Олежик смеется звонко.

Наверное, так выглядит счастье.

Поднимаюсь, чтобы попрощаться и пойти в клуб к Янкевичу. Договорились встретиться, когда ехал от Светки.

— Опять сбегаешь, Круглов? — Хмурится Лика, а я пожимаю плечами. — Значит, сама займусь поиском твоей второй половины.

— Флаг тебе в руки. — Говорю с улыбкой и кланяюсь театрально, чтобы ей охоту отбило вести отбор невест. — И перо в…

— И когда ты стал таким хамом? — Толкает меня в плечо, но улыбается.

— Это все дурное влияние брата, — тяжело вздыхаю и качаю головой, пока Цветкова посмеивается, — до него я был сущим ангелом.

— Я не шутила. — Говорит мне уже в спину. — Найду все равно.

Шагаю к машине и еще пару минут сижу за рулем. В клубе я долго не задержусь, а домой категорически не хочется. Мать моя… Дорогая…

Прогоняю мысли о ней и о девушках. Концентрируюсь на дороге и предстоящем разговоре с Янкевичем.

Сам не понимаю, в какой момент из-за поворота появляется мотоцикл, и по улице пролетает визг тормозов вперемешку с моими матами.

Характерный звук столкновения двух транспортных средств бьет по мозгам и нервам. Мне же только этого для полного счастья не хватало!

Лилия

Хорошо, что серое вещество в моей черепной коробке все-таки присутствует, ведь шлем, пусть и очень старенький, но уберег меня от жесткого удара об асфальт. Недошедевр ребят валялся около и не внушал мне больше доверия, ведь тормоза работали не слишком хорошо.

— Опять ты?! — Раздается уже знакомый голос над ухом, когда я снимаю шлем, чтобыосмотреть результат столкновения.

Надо же?! Рядом стоит насупленный мажорик, дружок сестрички, и смотрит на меня, будто я только что вынырнула из преисподней без проездного билета. И почему именно он?! Страх отходит на второй план, уступая место раздражению, ведь именно это чувство вызывает милая рожица парня. Максика… Бр-р-р!

— И почему я не удивлен? — Бухтит он, протягивая мне руку, но я игнорирую этот исполненный доброты жест и поднимаюсь самостоятельно. — У тебя привычка такая? На людей налетать?

— Ездить научись сначала, — фыркнула в ответ, стряхивая с себя пыль, — права купил, а функцию «водить», видимо, забыл.

— У самой-то права есть? — Хмурится, вопросительно изгибая брови, пока я обхожу мотоцикл и смотрю, насколько сильно испортила друзьям шедевральную сборку.

О-о-о, какой же он нудный! Не похож на тех, что были у Светки до этого. Обычно, она выбирала наглых, которые не церемонятся и берут свое, а тут прям удивила.

— Есть или нет, не твое дело. Твоя Бэха сильно не пострадала. Подумаешь царапинка, — указала на длинную полосу на дверке и крыле, — тебе стоит лишь пальцем щелкнуть, и все будет в прежнем виде.

Принялась поднимать мотоцикл, который от удара об асфальт стал не таким «чудесным», как до этого момента.

— Будто тебе не восстановят твой хлам. — Бросает с презрением и снова хмурится. — Не думал, что дочка Алимеева ездит на рухляди, собранной в деревенском гараже.