Книга Дыши нами, пока есть время, страница 110 – Иоланта Палла

Замирает. Пытается совладать с теми эмоциями, которые накрывают с головой.

— Если остановишься, то я тебя убью, Богданов. — Тихим шепотом ему в губы, пока мои горят от жадных поцелуев.

— Рапунцель, — хриплый ответ, — пока не поздно, можешь передумать.

— Заткнись, — толкаю его на кровать, и с гулко бьющимся сердцем забираюсь сверху, — просто дыши нами, — оставляю на любимых губах легкий поцелуй, — пока есть время.

Тут же оказываюсь на спине. Одно ловкое движение, и Богданов нависает надо мной.

— Ты не принцесска, — ведет пальцем по моей щеке, шее и ниже, заставляя задержать дыхание, которого и так катастрофически на хватает, — ты гораздо больше.

— Что… — Вырывается вместе со стоном.

— Ты — мой Космос.

Алексей

Жизнь не так уж и плоха. Особенно, когда она рядом.

Когда у меня есть возможность нагло исследовать идеальное тело и трогать волосы часами напролет. Даже в тот момент, когда она спит. Мир ненадолго погружается в темноту, и остается лишь маленький лучик света, за которым я готов наблюдать днями и ночами.

Возвращаться в реальность не хочется, потому что тогда я начинаю думать о том дерьме, которое настигнет нас в будущем. По этой причине я стараюсь быстрее отработать и встретиться со Светой. Отгородиться от посторонних глаз, чтобы стать счастливее хотя бы на несколько часов, пока она находится в моих руках, водит пальчиками по моему телу и целует так, будто это в последний раз.

После того вечера мне окончательно снесло крышу. Если раньше она крепко держалась на одном ржавом гвоздике, то теперь и его не стало, и я превратился в зависимого от жертвы зверя, готового найти ее по еле уловимого приторному аромату. Казалось, что он въелся в каждый миллиметр пространства комнаты, которую я все еще снимал. Летал постоянно где-то рядом со мной и не давал забыть о ней даже на секунду.

И я не мог.

Думал о том, как через пару часов принцесска окажется в моих руках, что мы включим фильм и совсем о нем забудем через пять минут. Мысли будут улетать за пределы общежития, пока температура в комнате не поднимется до критической отметки.

— Тебя Янкевич к себе звал. — Степа проходит мимо, пока я накидываю куртку на плечи.

— Что не так?

Друг задерживается и пожимает плечами. Последнее время мы редко общаемся. Только в клубе, потому что он все еще увлечен Маруськой, да и у меня появилась светловолосая зараза, от вида которой кровь отливала от всех конечностей и концентрировалась во всем известном органе.

— Может премию тебе выпишет. Без понятия. — Он отходит на пару шагов, но оборачивается и хитро лыбится. — На окраине открыли кафэшку. Там мясо просто шик. Не пробовал, но хвалят. Давайте сгоняем на часок. Посидим чисто мужской компанией.

— Это ты холеного к мужикам приписал?

Не удерживаюсь от подкола в адрес Круга. Он меня как бесил, так и бесит. Ничего не изменилось. Слишком покладистый, добрый и примерный. Конечно, большую роль играло и его постоянное нахождение рядом с Вольным, который заглядывалМаксу в рот и поддерживал каждую затею.

— Опять ты начинаешь, — кривится друг и отходит дальше, — как закончишь, сразу к нам.

Степа уходит, а я направляюсь в сторону кабинета Олега. Он уже ждет меня, странно поглядывая, словно я натворил что-то не то. И это бесит. Обычно так на меня смотрела Альбина, когда я разбивал очередное окно или дрался за справедливость.