Книга Дыши нами, пока есть время, страница 18 – Иоланта Палла

— Испугался? Так и скажи. Вечнозаднюю даешь, когда нужно принять ответственное решение. — Криво усмехаюсь и складываю руки на груди, пытаясь избавиться от эмоций, которые еще не совсем утихли.

— Не провоцируй меня на драку. Знаю, что за мной есть косяк. — Он идет вперед, прихватив перчатки. — Поэтому прихватил твой антистресс. Без этого же никак.

Стоит Вольному дойти до меня, как мои зубы сами скрипят от злости. Хотел бы спустить пар, но…

— Маруске обещал, что без повода тебя не трону.

— Мне кажется, или ты сейчас разочарован? — Усмехается Степа и протягивает мне перчатки, несмотря на то, что я дал слово сестричке. — Она ничего не узнает. Я и сам не прочь начистить тебе идеальное личико.

— Зависть до добра не доведет. — Выхватываю свою пару у него и улыбаюсь.

Права Маруська. Идиот отшибленный.

— Девчонок жалко. — Продолжает с равнодушным видом, надевая перчатки. — Сердца им разбиваешь.

— Хороших пока не трогаю. Сам знаешь.

— Ну да, начни старую песню про одну, единственную, неповторимую… Помрешь в гордом одиночестве, потому что таких нет. Кстати, по статистике те, кто отчаянно ждет принца или принцессу, влюбляются в полную противоположность.

— В задницу запихни свою статистику. — Фыркаю и встаю в позицию, предвкушая эмоции от предстоящего поединка.

Бить сильно не собираюсь, но измотаю изрядно.

Не знаю, сколько мы боремся, но пицца успевает остыть. Вольный на удивление бодр. Не давал мне расслабиться, и в мою голову закрадывалась одна мысль, что друг частенько поддавался или не вкладывал полную силу и умения в наши бои.

— Я узнал насчет машины. Можем ее забрать. Цвет, конечно, отстой полный, но ты же можешь сделать из копейки гоночную тачку. — Говорит Степа, смачно пережевывая пиццу.

Молчу, успокаивая свой изнывающий от голода желудок. Перевариваю то, что он сказал. Есть сомнения по поводу моих способностей и навыков механика, особенно после происшествия с мотоциклом, но Вольному удается меня уговорить. Остается существенный минус — отсутствие хорошего двигателя в убитой копейке желтого цвета. С темы об отношениях Степы и Маруськи плавно съезжаем на полюбившиеся тачки, и меня немного отпускает.

Мысли варятся в голове не хуже каши, но уже через пару часов мы, как два идиота, лезем на чужую территорию, чтобы достать недостающую деталь. Срабатывает отлично.Никто не замечает посторонних и тележку, на которой мы тащим двигатель. Адреналин в крови зашкаливает, но я с большой уверенностью тяну столь ценный груз к амбару, и плевать, что ночь в ступила в полные права. Телефон вибрировал в кармане. Наверное, Маруська потеряла. Утешал себя этой мыслью, потому что перспектива встретить на пороге дома разгневанную Альбину, особенно после последнего разговора, ни капли не прельщала.

Всю ночь до самого утра вожусь с запчастями и к девяти утра возвращаюсь домой голодный и уставший. Про внешний вид и говорить не стоит. Захожу осторожно и сразу прислушиваюсь, чтобы раньше времени не нарваться на приемную мамочку. Отца уже несколько дней не застаю, и это даже радует. Не нужно лишний раз смотреть на его рожу, которая вызывала то же самое желание, что и слова Альбины.

Тишина в квартире настораживает, поэтому заглядываю в каждую комнату, убеждаясь в том, что мне предоставили свободу действий на небольшой промежуток времени. Спокойно выдыхаю и принимаю душ, смывая усталость и грязь прохладной водой. Мысли улетают прочь уже через десять минут, когда я довольный, расслабленный и голодный падаю на кровать и моментально вырубаюсь, даже в страшном сне не представляя, что меня ждет через пару дней.