Книга Дыши нами, пока есть время, страница 48 – Иоланта Палла

Какой-то мягкотелый слюнтяй, пусть и с навыками боксера. Если Степа восторгался им, то я не поддерживал такую позицию. Ну подогнал он тебе работу, и что? Потом ведь потребует чего-то взамен. Так всегда бывает. Если ты получаешь такой приз от судьбы руками богатенького чела, то в дальнейшем что-то отдашь.

Лиля тому яркий пример. Удочерили ее высокопоставленные лица, и? Взамен она терпит унижения и пляшет под их дудку.

Хотя и я не лучше. Усыновили, а толку? Я у Альбины вместо раба, и если раньше сдерживало то, что мне не было восемнадцати, то сейчас стоп-краном работала Маруська. Я бы мог свалить от них далеко и надолго уже после окончания школы. Снимал бы комнату в задрыпанной общаге и горя не знал. Пусть нищеброд, зато жил бы своей жизнью и никому не мешал, а так приходится обеспечивать хорошее будущее сестренке. Я не против, потому что люблю малую до чертиков, и Альбина этим пользуется активно и нагло.

— Что опять случилось? — Маруська прилипает ко мне сразу после того, как я попадаю в квартиру.

Слышу грозный голос приемной матери, который летит с их комнаты, и проплываю к себе. Сестренка топает следом, хоть я и слова ей не сказал. Прикрывает дверь тихо, чтобы Альбина не услышала, и прислоняется к ней спиной, складывая руки на груди. Я сажусь на край кровати и врубаю светильник, чтобы не привлекать внимания предков. Только сейчас напряжение немного спадает, и мышцы начинают ныть.

— Лех, с кем ты подрался? — Тихо спрашивает Маруська, а я не знаю, что ей сказать.

Правду?

Не пойдет. Будет чувствовать себя виноватой, а я этого меньше всего хочу.

— Да, так. Нарвались одни морды на кулак.

Маруська печально улыбается и идет ко мне. Садится рядом и опускает голову на плечо. Что-то с ней происходит после того столкновения с мажорами, и я чувствую.

— Ты чего такая унылая? Альбина опять насела?

Захожу издалека, чтобы не спугнуть, но сестричка лишь отрицательно вертит головой и молчит. За руку меня берет и прирастает к ней, утыкаясь носом в плечо. Ох, не нравится мне это… Чтобы Маруська так расквасилась, что-то сверхъестественное должно произойти.

— Тогда с чего такая нежность поперла? — Усмехаюсь, а сам кайфую от того, что она ко мне прижимается, как к родному.

— Не знаю, Лех. — Сестренка тяжело вздыхает и отстраняется. — Я Мадине нос разбила сегодня.

— Чего? — Брови на лоб ползут от слов Маруськи. — Эта та самая? Дочка директора?

— Ага.

— Ну, мать же твою…

Резко поднимаюсь и шагаю по комнате. Информация медленно укладывается в голове, но я знаю одно, ругань родителей вызвана Маруськиной выходкой. Останавливаюсь и смотрю на нее, не зная, что сказать. Молодец, сеструха! Или, какого черта, Марусь?!

— Тоже лекцию будешь читать? Что девушки себя так не ведут?

Сестренка пытается улыбнуться, а мои плечи опускаются. Кого здесь ругать?

— Не буду. Лучше расскажи, что она сделала? Не просто так ты ей моську начистила?

Маруська криво растягивает улыбку по лицу и прикусывает губу. Не спешит рассказывать, и я нервничаю, потому что затяжное молчание на мой вопрос означает, что она сомневается, не доверяет мне. Вот черт!

— Тебе не понравится. Ты скажешь, что это было глупо. — Перестает улыбаться и с надеждой смотрит мне в глаза.

— Из-за пацана? — Говорю навскидку, и Маруся на удивление быстро кивает. — Вот сейчас я не понял. Ты разбила нос дочке директора школы из-за какого-то хмыря? И это точно не Степа?