Книга 14 дней до падения, страница 30 – Иоланта Палла

— Скоро соревнования, — задумчиво произносит друг, прищуривается и тоже смотрит, как пустеет площадка.

Парни жмут нам руки и уходят. Мы остаемся вдвоем. И надо бы направляться ближе к дому, но мы сидим на лавочке. Накидываю на себя олимпийку, застегиваю. Витек налегке. Закаляется. У него дома полный треш. Отец бухает, а мать сутками на работе.

— Дашь телефон?

Своего у меня пока нет. Даже на старенький зачуханный смартфон нужны бабки. Лишних нет. Нам еще мелких одевать. Мама одна не потянет. У Саныча попросил ещё подработки. Как буду с учебой и соревнованиями успевать, не знаю, но другого варианта нет.

— Держи, — пихает мне в руку свой гаджет.— Стоит спрашивать, что там у тебя с Разиной?

— Ничего.

Усмехается, пока я захожу на её страницу. Пишу сообщение, чтобы взяла трубку. Звоню. Не берет. В сети была два часа назад.

— Вся школа видела ваше НИЧЕГО, — Витек прищуривается, изучает мое лицо. — Она красиво брата кинула ради тебя. Мог бы и подробности рассказать, — последнее уже с обидкой.

Сколько друг друга знаем, никогда ничего не скрывали, но сейчас обсуждать с ним принцессу не хочу. Молчу. Витек психует.

— Ты же помнишь, чья она сестра? Думаешь, не такая, как братец? — поднимается, пинает камень. Тот отлетает к мусорному баку. По площадке проносится характерный гул.

Не думаю. Я вижу, что Алиса не такая, как Костя. Слышал, что последний прессует её. За заботу не воспринимаю, потому что сам себя так не веду с Вероникой.

— К чему клонишь?

— К тому, что слишком спокойно он её отпустил. То в драку кинулся из-за мяча, а тут ручки по бокам сложил, пока она к тебе бежала.

Не ко мне… Просто убегала от него.

— От кудрявой собаки всего можно ожидать. Им лишь бы поржать над нами, — убирает руки в карманы штанов. Пышет злобой.

Об этом я не подумал…

Хмурюсь.

Удаляю сообщение, которое ей настрочил со страницы Витька. Отдаю ему телефон.

— Ты же видел, как они над Вероникой поглумились. Просто аккуратней с принцесской.

— Я тебя услышал.

Расходимся с недовольными лицами. Радость от общения с Разиной сменяется злостью на себя.

Поверил, что можешь ей нравиться?

Усмехаюсь. Глупый уличный пацан.

По дороге до дома пинаю все, что попадается. Носы кроссовок разбиваю в хлам.

В квартиру захожу без особого энтузиазма. Мелкие бегают в коридоре. Малика, увидев меня, прилипает с радостным воплем к ногам. Улыбаюсь. Серый хмурится. После того раза ни ко мне, ни к Веронике не подходит. Угрюмый и закрытый. Нужно как-то вывести его на разговор. Ника — импульсивная эгоистка. Как это донести ребенку, у которого кроме нас никого нет?

Разуваюсь, прохожу в кухню, где мама накрывает на стол. На ужин опоздал только я, поэтому она суетится.

— Мне Саныч звонил, — говорит, когда сажусь и тяну на колени Малику. — Сказал о твоем похвальном рвении заработать все деньги мира.

Мама вытирает руки о полотенце. Во взгляде намешано столько, что я пожимаю плечами, смотрю в тарелку и начинаюесть. Что бы она не сказала, решение я не поменяю. Если выпрут из школы, то пойду работать на полный день.

— Это не дело, Илья, — отодвигает стул, садится напротив, поглядывая на Малику, которая положила голову на мое плечо и прикрыла глаза. Жуть, как неудобно так есть, но я молчу. Я тоже по ней скучал.

— Я буду тебе помогать, как могу. Мы уже это обсуждали.