Книга Первые снежинки, страница 28 – Иоланта Палла

— Вроде того, — снова ограничиваюсь кратким ответом, потому что рядом с Маршалом сложно держать свои мысли под контролем. Речевой аппарат может подвести, а мне не хочется выглядеть глупо. Заикаться или мямлить.

— Тогда бери черевички, и погнали за яркими красками, — Антон убирает руки с моей талии и подмигивает. Мои колени тут же пружинят, словно в них вкачали желе. Сердце обливается кровью при очередном ударе. Я хочу сбежать. Больше всего на свете я желаю оказаться подальше от Жанны и ее фальшивого счастья. Киваю вместо ответа и не могу сдержать улыбки. Стены новой квартиры давят, пока я, как воришка, мастерю на диване имитацию себя спящей, аккуратно вытаскиваю из коробки новые кроссовки, которые купила Жанна Павловна, обуваю их и возвращаюсь к Антону с колотящимся сердцем.

Никогда не сбегала из дома. Часто мечтала оказаться в другом месте, но не могла подвести тётю. Все-такиона за меня переживала и несла ответственность, а сейчас… В душе настолько гадко, что я закрываю совесть под замок и шагаю к своему соседу по парте и лестничной клетке. Мы выходим на балкон, Антон помогает мне перебраться через барьер, и я крепко зажмуриваюсь. Чувство невесомости не самое приятное, и если бы не крепкие пальцы одноклассника на талии, то я бы на подобный маневр точно не решилась.

За окном уже темно, и жгучее ощущение страха пробирается под кожу, как бы я его не отталкивала. Я боюсь, что Жанна зайдет ко мне и увидит подмену. Не представляю, как она отреагирует на мой поступок.

— Такси будет через две минуты, — сообщает Антон, когда мы проходим через комнаты к выходу. Все это время он что-то усердно пишет в телефоне. Мне любопытно, но вторгаться в личное пространство я не буду, поэтому смиренно жду, когда он закончит. — Держи. Там холодно, — подает мне свою черную толстовку.

Я влетаю в нее, как в палатку, и при первом глубоком вдохе чувствую головокружение, вызванное незабываемым ароматом. Вещь Антона пахнет дорогим парфюмом. Что-то еле уловимое, напоминающее морской бриз. И исключительный запах самого Маршала. Когда его обнимала, прочувствовала по максимуму каждую нотку. Нет, у меня не было подобного опыта. Я не принюхивалась к парням. Попросту не имела такой привычки, но с Антоном все шло не так, как с другими. Его мне хочется подпустить ближе, несмотря на предостережения Инны. И я, к своему удивлению, пытаюсь слиться с черной тканью, дышу глубоко и медленно, чтобы этот момент отпечатался в памяти, как один из самых приятных.

Мы выходим из квартиры практически на цыпочках. Маршал улыбается, указывая на лифт, но я почему-то хочу спуститься по лестнице. С нервными смешками, которые вырываются из моего рта, преодолеваем расстояние до первого этажа. Антон не говорит, куда хочет меня увезти, и я не спрашиваю. Страха нет совсем. Скорее волнение, а его я испытываю на регулярной основе, находясь с одноклассником наедине или слишком близко, как сейчас, на заднем сиденье в такси. Антон держит меня за руку, переплетает пальцы, запуская в моем организме невероятно бурные реакции, и смотрит в телефон. Кровь закипает в венах, пока он водит подушечкой большого пальца по моей раскрытой ладони. Вроде не происходит ничего сверхъестественного. Незначительноедвижение. Легкое касание кожи с кожей, а у меня мир рушится и выстраивается заново.