Онлайн книга «Первые»
|
— Что вы опять задумали? — выпаливает. — Что на этот раз? — Лиз… — А нет! Не хочу ничего слушать! Не хочу! — отступает назад к двери. — Не подходи ко мне! И другу своему скажи, чтобы не подходил! — Что он сказал? — цежу сквозь стиснутые зубы, а Лиза истерично усмехается. — Не делай вид, что ничего не знаешь. Отстать, Антон. Пожалуйста, оставь меня в покое, если в тебе осталось хоть что-то человеческое, — выдает на одном дыханиии смотрит прямо в глаза, прошибая внутри меня остаточные преграды. Там с грохотом падает самообладание. Выбивает все пробки. Скручивает мышцы. — Не отстану, Лиза. Сердце убивается, когда говорю ей это, ведь озвучиваю правду. Ее выдох и дрожащие губы впечатываются в память. Не только из-за боли, которую выдает, а как подтверждение того, что ей не все равно. Слабое утешение для того, кто налажал по-крупному, но я цепляюсь за него и иду за Лизой, когда она дергает за ручку, открывает дверь и выбегает на улицу. 20 Милые ушки В голове стоит нешуточный гул, когда я опрометчиво выбегаю из здания прямо под дождь. Я снова возвращаюсь в прошлое. Выставка. Жгучий холод. Внутренняя боль, затмевающая разум. Все скапливается во мне. Крутится вокруг слов Маршала. Откидывает назад вопреки тому, что я начала новую жизнь без НЕГО и Жанны с ее попытками стать хорошей матерью. Меня с головой накрывает чувствами, и я быстро иду вперед, слыша только безумные толчки сердца за ребрами. Обзор мутнеет. Макияж наверняка превратился в потекшую маску. Но я не переживаю из-за этого. Уродливый внешний вид ничто по сравнению с тем, что я вновь попала под прицел богатых деток. Внимание Антона, злость Кристины и «примерное» поведение Лабукова показывают, что они задумали очередную подлость. — Лиз… — Антон догоняет меня и дергает за руку, которую я тут же прижимаю к себе, словно получила ожог. — Я не отстану. Выслушай меня… Он приближается, а я теряю почву под ногами. Пячусь и отчаянно верчу головой, отрицая происходящее. В груди что-то лопается и выпускает спрятанные чувства. Я четко различаю среди всего прочего ревность. Да… Именно ее я испытывала, когда видела несколько минут назад девушку рядом с ним, и он ей улыбался! Самое ужасное, что таких эмоций нет, если кто-то находится около Димы. Это ведь не нормально! Я — ненормальная… — Я уже все услышала. — Не все, — Антон решительно наступает, и я не успеваю быстро среагировать, оказываюсь в кольце его рук, — давай уедем отсюда, и я тебе расскажу, как все было. Внимательно смотрит на меня, заглушая своими словами шум дождя. Упираюсь. Отрицательно качаю головой. — Я никуда не поеду. — Лиз… — Я не хочу слышать очередную ложь. Что вы опять задумали? — Ничего, — кривится, — я ничего не задумывал. Я хочу тебе все объяснить… — Нет… — Почему ты не хочешь меня слушать, Лиз? Его вопрос вырубает остаточное самообладание. Часто моргаю и вдыхаю не менее быстро. Не помогает. Бью Антона ладонями. — Ты притворялся! Все время! — кричу так, что голосовые связки трещат, и легкие сжимаются, пока старательно отталкиваю от себя Антона. Дрожь прокатывает по телу, как цунами. Сносит преграды, которые казались прочными. Губы немеют. Обзор становится мутным, но не из-за капель дождя, который усиливается с каждой секундой,а из-за предательских слез. Он все-таки добился своего! Мне плохо… Больно… Очень… |