Книга Хроники королевств. Ледная принцесса, страница 102 – Дина Сдобберг

— Рассчитывала, что Норидан станет твоим женихом? — не уверена, что со мной сейчас разговаривала именно Линн, а не демон, живущий в её крови.

— С чего это ты решила, что тебе дозволено ко мне обращаться, да ещё в таком тоне? Ты не забыла, кто ты есть? — разговаривала я сейчас именно с демоном. Такого ответа от меня никто не ожидал, и Линн растерянно отступила от меня на шаг. — Ты всего лишь волей случая оказалась рядом с лордами королевских кровей и встала у подножья трона. А кто ты есть, по сути? Какое у тебя будущее? Рано или поздно твоя кровь возьмёт верх. И тогда тебя ждёт путь в поисках сиюминутного утоления жажды похоти и голода суккубы. И окончится этот путь, как и у всех демонов-паразитов, на костре. Тебя от этого будущего отделяет только благородство лорда Алитара. Его воля, его дар. И твоя черная неблагодарность, когда ты позволяешь себе показывать страх своего демона рядом с лордом.

— Не твоё дело! — огрызнулась Линн, рывком приблизившись ко мне.

— Ты права, — ледяная рука сжала горло девушки. — И дело не моё, и ты мне безразлична. Можешь делать всё, что тебе в голову взбредёт. Дай волю своему демону или борись с ним. Беги в огненные пустоши, выжги свою проклятую кровь, да хоть отправляйся вглубины Мрака! Но пересечёшь границы Сарнии, и я тебя уничтожу. Осмелишься протянуть свои щупальца к лорду Алитару, и итог будет тот же. Ваша связь не должна ему повредить. Как ты это сделаешь, мне не интересно.

Отпустив Линн, я прошла мимо неё и успела спуститься на несколько ступенек, когда меня догнал вопрос.

— Почему ты защищаешь его? — прозвучало удивлённое мне в спину.

— Считай, что я должна ему одну жизнь. — Ну не буду же я всем рассказывать, что чувствую себя обязанной за попытку убийства, пусть и мной же предотвращённой.

Уходила я, не оборачиваясь, Линн была не той личностью, чьё мнение меня интересовало. Я сказала ей именно то, что думала. Случайно оказавшаяся среди тех, от кого зависит жизнь в королевствах и в чьих руках сосредоточена власть, она как-то забыла о том, где её собственное место. Сколько таких девочек я видела за эти годы рядом с собственным опекуном? Сколько из них, посчитав, что они теперь разом стали ценнее сокровищ короны, потом исчезали и судьба их покрыта мраком.

Утром, со вздохом неимоверного облегчения, я прошла через портал, ведущий в обитель. Настоятельница встретила меня объятьями и тёплыми словами. Здесь я была желанным гостем. Предупредив, что я несколько дней проведу в комнате скорби рядом с могилой матери, я сразу прошла к склепу.

Это единственное место, где возможные всплески силы не повредят обители и где меня никто не потревожит. Пальцы скользили по завиткам каменной резьбы, оплетающей стену, за которой покоилось в вечном сне тело моей мамы.

Последние годы перед смертью она сильно болела, сохла на глазах, силы словно покидали её тело. В конце она уже не вставала с постели. Короткие волосы, которые почему-то так и не отрасли с того дня, как она отрезала их, чтобы положить в могилу к отцу, окружали исхудавшее лицо светлым облаком. Я тогда была рядом с ней. Я была свидетелем её последнего вздоха, я же закрыла её глаза.

Я сидела на уже опустевшей кровати, тело мамы забрали сёстры обители, чтобы готовить её к последнему пути. Вдруг в груди разлился жар, сжавший моё сердце когтями. В обители я была уже третий день, оплакивала маму, когда меня накрыла волна тревоги. И зов, ещё неизвестный, незнакомый, потянул меня. Я точно знала, что мне нужно на стены.