Книга Куранты, страница 13 – Лука Луминица

— Алиса жена моего друга Макса. Они приезжали сюда утром, не дозвонившись мне. Никакой девушки у меня нет. Если ты так хочешь, то я отвезу тебя домой рано утром. Но прошу выслушай меня. Предложение. Это безумно, но проведи со мной еще одну ночь и один день. Это все, что я прошу взамен на твое спасибо. Ты больше не будешь мне ничего должна. Договорились?

Денег у меня все равно нет. Еще одна ночь и еще один день. Я смогу еще немного насладиться его улыбкой, а потом сжечь все мосты.

— Да.

Двумя часами ранее

Стас

Соник спала и удостоверившись, что температура немного понизилась, твердо решил, что пора. Отлучиться всего на час именно сейчас. Потому что руки чесались, а медлить больше не было смысла. Разговор с Алисой меня еще больше подстегнул.

Переодевшись, закрыл дверь и двинулся в путь. Дороги, как ни странно, почистили и пробок стало меньше. Народ после праздника явно отсыпался, а вот я нет. Припарковался около нужного дома во дворе, чтобы мой дружок не заподозрил неладное и не слинял раньше времени. Поднялся на его этаж, стукнув в дверь пару раз. Не откроет, но попытка не пытка. Я знал, что он дома. Пробухал всю ночь и день, а теперь спит и ни о чем не думает. Валяется в отключке, и пускает слюни по подушке. Даже не подозревает, какой гость решил к нему наведаться.

Всем весом навалился на дверь, не прилагая особых усилий. С размаха ударил плечом и ей не оставалось ничего, кроме как поддастся мне. Замок он естественно раздолбал в первый же месяц и теперь то, что должно служить преградой для посторонних, висело на соплях. Держалось на честном слове и с помощью молитвы бабушки Зои из соседнего подъезда.

В коридоре, как обычно горел свет.

— Сука. — Выругался.

Он его никогда не выключал, даже когда выходил из дома. Круглые, сука, сутки напролет. Однажды, я спросил его, какого хрена ты не выключается его, когда уходишь. Все, блять, нормально-адекватные люди так делают. Кто-то в целях экономии электроэнергии, кто-то в целях безопасности. Ну и просто, мне, как человеку более-менее воспитанному этот его ебануто-замысловатый перформанс не был понятен. Недоумевал каждый раз. На что он ответил “Хуй его знает. Это так важно? “ Посмотрел тогда на него ошарашенными глазами, но больше ничего не сказал. Хотя пытался научить его выключать свет и бытовые приборы, но все бестолку. Возможно, причина крылась намного глубже, но нет, он не боялся темноты. Означало только одно — ему по хуй. На всех, на всё и тем более на себя. Он просто забил. А, как помочь человеку, который сам не осознает, что делает со своей жизнь? Никак. Я долго терпел, помогал и бился за него, но всему приходит конец. Особенно моему терпению. Оно на исходе, еще сохранялось со мной. Пока я не вошел внутрь.

Около двери валялась обувь. Мужская вперемешкус женской. Один ботинок в углу, другой вообще служит координатором пути по направлению в зал. Ладно. Это не такая уж и проблема. Клацнул по выключателю, освещая гостиную. Лампочки в люстре перегорели и вместо пяти, осталась доживать всего одна. Вещи раскиданы по полу и по старому продавленному дивану. Один из подлокотников давно оторван и служит экспонатом, по совместительству журнальным столом. Новомодные дизайнеры обзавидовались бы. Ковер, покрытый крошками и пятнами, которые усердно терли, но так и не оттерли.