Книга Куранты, страница 19 – Лука Луминица

Она снова уткнулась носом мне в шею. Опалила жарким дыханием, послав по коже маленькие разряды. Сука, я нервничаю. Какого хрена это происходит со мной? Это все она. Ее, какие-то магическо-колдовские чары. Опоила, приворожила, очаровала.

— И второе...

Соник отлипла от моей шеи, подняв голову. Наклонился, собрав губами соленую влажность с ее щек. С одной, с другой и в тот момент, когда на коже больше не осталось следов грусти, решил кубарем свалиться с обрыва.

— Третье. — Поцеловал ее, нежно прикоснувшись губами к губам и резко отпрянул, потому что никогда еще не чувствовал то, что почувствовал сейчас.

Просто обычный поцелуй с девчонкой. Она и я. Но, какой же приятный. Крыше сносный, умопомрачительный.

Еще, хочу еще. Ее всю. Испить без остатка. Сейчас.

Снова накрыл ее губы, уже не как прежде. А хватая их своими, лаская, проталкиваясь в ее рот языком. Глубже, напористее, быстрее.

Плыву, буря накатывает, захлебываюсь, не хватает воздуха, выныриваю, но хочу еще раз обратно.

Твою мать. Соник, крепко держалась руками за ткань моей куртки, но я чувствовал, как она падает. Не может держаться на ногах.

Плевать на все. Я удержу. Ее удержу и не отпущу. Она отвечала, поддавшись на каждую из моих ласк. Губы остервенело блуждалипо моим губам, кусая, хватая, облизывая, лаская и так по кругу, пока чертово дыхание в конец не закончилось. Мы либо задохнемся от самого идеального поцелуя в моей жизни, либо....

Она отстранилась первая, тяжело дыша. Стон сорвался с губ, припухших, заалевших и как я уже понял, вкусив их, самых нежных.

— Стас. — Произнесла мое имя. Всего лишь гребаное имя, которым нарекли родители. Которое я слышал каждый день от других людей, но то, как произнесла его она — крайне сексуально, продолжая держаться за мою куртку. Молить меня, чтобы я сделал следующие шаги.

Медленно открыла глаза, дрожа не от холода. Помутневший от всплеска возбуждения взгляд, я ни с чем не перепутаю.

— Я смотрел на тебя в душе. Прости. Не специально. Когда вернулся, стучал, но ты не отозвалась. — Признался, потому что обязана знать, с кем имеет дело. Да и мне не хотелось секретов от нее.

Она улыбнулась, показав мне ряд белых зубов. Прикусила от смущения губу, отвернулась, пряча застенчивый взгляд. Руками заскользил под куртку, поглаживая ее по спине.

— Понравилось? — Кротко спросила, сгорая от смущения.

Ее вопрос меня рассмешил. Отвел взгляд, фокусируясь на елке, но все тщетно. Рядом с этой девушкой я слеп и терял голову. Уже нахрен потерял.

— Слишком сильно. Могу доказать. — Обхватив ее щеки ладонями, снова вторгся в ее рот. Нежнее, ласковее, пробуя и прощупывая, насколько она сможет, насколько готова принять то, что я готов отдать.

Удивила. С каждым гребаным движением губ, языка, отдавалась и забирала, все что готов был подарить. Но холод беспощаден и как бы сильно ни хотел ее отпускать, все-таки прервался.

— Ты слишком красивая, чтобы быть реальной.

— А ты слишком-слишком. — Потеряла она дар речи, не находя подходящих слов. — Настоящий. Как глоток воздуха. — На ее глаза снова навернулись слезы.

Смущалась, стеснялась. Сама невинность, подстегивающая меня на самые необдуманные решения. А мое сердце долбило и долбило грудную клетку. Еще немного и оно выскочит наружу, завопит на всю улицу о том, что наконец-то ожило.