Книга Исключительно твой, страница 95 – Лука Луминица

Но я не разрешил.

Потому что это самое сокровенное, что было в моей жизни.

Если раньше думал, что ей под силу меня спасти, то сейчас перерезал все канаты.

Она не сможет, никто не сможет.

Она не была там, не знает, той боли и лучше бы, не знала никогда. Живет, со своей и будет жить.

Я же, либо выживу и стану счастливым, либо в конец погибну.

Снежа

18 лет

— Саш, не хочу. — бунтовала я. Любимый убеждал меня и всячески умолял, но я не сдавалась, продолжая перечить и вставать в позу.

— Почему? Я могу купить тебе красивое платье, какое захочешь. Хочешь со шлейфом? Вот с таким. — развел руки максимально в стороны, показывая размер. — Хочешь с цветами. Хочешь корону, как у принцессы?

— Это называется диадема. Куда я с ней потом? Мусор выносить? А шлейф? В универ на пары ходить? Мне конечно, нравится все красивое, блескучее и воздушное, но я выбрала другой вариант. В меру скромный и стильный. Тебе понравится. Не паникуй. — хитро улыбнулась ему.

— Какое? Покажи мне. — глаза его загорелись. Притянул меня к себе, чтобы растаяла от его поцелуев и прикосновений, чтобы сдалась, показав платье, которое висело в шкафу, рядом с его брюками и рубашкой, но он не догадался поискать.

— Да, сейчас. Нельзя видеть платье и невесту до свадьбы вообще-то, если ты не знал. Завтра после пар увидишь. — выкрутилась из его плена рук, убегая на кухню. — Паспорта не забыл? Кольца?

— Все положил уже. — зашел вслед за мной на кухню, сложив руки на груди, напрягая бицепсы. Где эти модные фотографы? Берите готовую обложку для журналов. Какой же, красавчик мне достался. Мамма миа, загляденье. С возрастом, наверняка, станет еще краше, брутальнее, сексуальнее.

— Почему так смотришь? — откусила большой кусок от яблока, обращаясь к нему.

— Хочу, чтобы завтра наступило, как можно скорее. — закусил нижнюю губу, не скрывая улыбку. Его таращило от восторга, от предвкушения завтрашнего дня.

— Не знала, что мой жених настолько нетерпеливый. — подмигнула ему, сев на стул. — Наслаждайся последними деньками холостяцкой жизни. Потом буду мучить тебя регулярно, на постоянной основе.

Подошел ближе, откусывая хороший кусок от моего яблока.

— Эй, это мое. — завозмущалась его выходке. Постоянно воровал мою еду. Сашка рассмеялся, ему нравилось выводить меня из себя.

— Жадина. Оно не вкусное, как ты его ешь? Фу. — выплюнул яблоко в мусорное ведро.

— Специально такое взяла, чтобы знал, как кусать мою еду. Нормальное оно вообще-то. Просто зеленое, а ты такие не любишь, но все равно полез грызть. Ты просто сильно, напряжен, поэтому тебе все кажется не вкусным. Можешь, поесть своего борща. Он вкусный.

— Ты вкуснее. Не хочешь снять мое напряжение? Борщ с этим плохо справится. — стоял поигрывая своими идеальными бровями, облокотившись на столешницу. Вот, зачем они ему такие? Я со своими мучаюсь, придавая им хорошую форму, а он просто «Здравствуйте. Я родился». Знала, какой ход сделает следующим. Зарылся своей пятерней в волосы, зачесывая челку назад, открывая полностью свое невероятной красоты лицо. Предательское тело меня подводило, сжала ноги плотнее, как можно сильнее. Я не поведусь на его провокации.

— Сегодня нельзя. — отвернулась, чтобы не разлиться лужицей перед ним прям здесь, на кафельном полу. Откусила еще кусок, чтобы унять возбуждение.