Книга Чувствовать тебя, страница 118 – Лука Луминица

Мой любимый человек был разбит полностью.

— Сереж. — прошептала, присев рядом, обнимая его и заглядывая в глаза. Его левая сторона лица начала краснеть.

Маша уже осматривала его.

— Ты знала? — спросил у меня.

Смысла врать не было.

— Недавно. Случайно, увидела в сумке ее права.

Это был конец. Он отвернулся от меня. Я его разочаровала.

Села на кресло, не мешая медсестре, которую позвала Маша. Он поднялся, уходя вместе с ней в соседний кабинет.

Впервые за много лет в мои осушенные озера глаз начала поступать вода.

Посидев немного, зашла в палату к Сереже. Он лежал на кровати с закрытыми глазами, в кармане его курткиразрывался телефон.

Взяла его за руку, сев рядом.

— Я зол. Мне дико больно.

Крепче, сжала его руку. Хотелось орать и спасти всех, но я не могла. Не знала, как подобрать нужные слова.

— Сереж. — позвала. Но он меня не слышал. — Сереж. — повысила голос.

— Он спит. Не переживайте. Я вколола ему снотворное. — сказала девочка в белом халате за моей спиной.

— Пойдемте. Он проспит до утра.

— Можно я с ним посижу? — попросила ее.

Она кивнула.

Не знаю, сколько я так просидела, но решила выйти и узнать новости. Готовилась к самому худшему.

Оказавшись в коридоре посмотрела на двери реанимации, из которых вышла Маша.

Я подбежала к ней.

— Все хорошо.

Выдохнула, кладя руки на талию.

— Как Сережка? — спросила она.

— Он в палате, спит.

Маша ждала и я знаю чего.

— Прости. Ты можешь обидеться, но это был не мой секрет, чтобы о нем рассказывать.

Она протянула руки, притягивая меня к себе.

— У нас с тобой тоже есть секрет. И не мне о нем рассказывать. Да, Стеш?

Посмотрела на нее.

— Спасибо тебе.

— Кофе будешь?

— Не откажусь.

Зайдя в ее кабинет она включила кофемашину.

— А где Сашка? — спросила подруга, доставая две чашки.

— Он ушел.

Маша села на диван.

— Я не знаю, как ему это удалось. Не знаю. Но он вытащил ее. Как вспомню его истошный крик. Мне надо выпить.

Встав, достала из шкафа бутылку с коричневой жидкостью.

— И мне налей. — попросила ее.

Мы выпили по стопке коньяка, горло обожгло и я поперхнулась, но напиток не унял тех эмоций, которые бушевали в моей груди. Следом выпила кофе, чтобы как-то взбодриться.

— Сережа сказал, что так плохо ему было не в первый раз. — обнимала пустую чашку двумя руками.

Маша задумалась, смотря на меня в упор.

— Девять лет назад. Что было девять лет назад?

Подруга задумалась, почесав нос.

— Не знаю. Не припоминаю ничего серьезного.

Поставив чашку на стол, вышла из кабинета и отправилась на поиски ответов.

Орловский сидел на первом этаже приемного отделения, в самом углу, что-то раскладывая на столе. Свет был приглушен.

Села рядом с ним.

Перед ним были разложены желтые цветы, из которых он составлял букет.

— Где ты нашел зимой одуванчики?

Дурацкий вопрос для человека, у которого на банковском счету лежат миллионы.

Он молчал,шмыгая носом. Наверное съездил домой, потому что был одет в другую одежду.

— Как ты?

— Умер, но ее вернул.

В его глазах стояли слезы, которые он быстро сморгнул обратно.

Наблюдала за его руками, какое-то время, пока Сашка не начал говорить.

— Мы были на пруду, лежали на деревянном пантоне. Она сплела мне венок из одуванчиков и надела на голову. Я тогда понял, что она мне нравится и поцеловал в щеку. Нам было по восемь.

Сашка замолчал, выискивая идеальной формы одуванчик, а я сглотнула ком образовавшийся в горле.