Книга Запретное притяжение, страница 12 – Катарина Ворон, Оливия Барре

— Спасибо, — еле слышно произнесла девушка, принимая стаканчик.

Наверное, слова мужчины впечатлили бы любую девушку. Дэвид оказался галантным, внимательным, воспитанный. Кэрри нравились такие мужчины. Ей хотелось видеть в Дэвиде только плохое, но он проявлял себя иначе.

— Красиво тут, — произнесла Кэрри, когда они подошли ближе к воде.

— Мне нравится это место, тут не многолюдно и спокойно, — ответил Дэвид.

Разговаривать им было не о чем, если только обсудить погоду и пейзаж. Кэрри хотелось, чтобы их общение закончилось не только на сегодня, но и вообще. Затянувшуюся тишину нарушил звук мобильного телефона Дэвида. Достав телефон, мужчина извинился и немного отошел от Кэрри в сторону для разговора. Из-за того, что людей и шумов не было, девушке все равно был слышен весь разговор.

— Привет, мам, — отозвался Дэвид, — да, я звонил, хотел узнать, как твои дела.

Кэрри отвернулась и пила напиток, не держать же его просто в руке. Стало понятно, что он говорит с Мэри.

— Как там погода? Вода теплая?

«Судя по его вопросам, его мама укатила куда-то на отдых», — сделала Кэрри вывод.

Закончив разговор, Дэвид подошел обратно к Кэрри.

— Прошу прощения, нужно было ответить, — проговорил мужчина.

— Ваш разговор был мне слышен, — холодно ответила Кэрри, — ваша мама уехала отдыхать? — саркастично спросила девушка.

— Да, она сейчас в Коста Рике, — быстро ответил Дэвид.

— Как это мило, — злорадствовала Кэрри, — муж в земле, жена в Коста Рике. Улетела праздновать?! — кажется в ней говорили все выпитые ею коктейли.

— Кэрри, перестаньте, — в голосе послышалось напряжение и легкая угроза, но Кэрри было уже не остановить.

— Ну разумеется, она заполучила почти все состояние Фрэнка Уилтмора, теперь, наконец, живет на всю катушку, нет причин претворяться больше.

— Вы переходите границы, — в голове чувствовалась злость, мужчина резко повернулся к девушке и смотрел на нее прямо сверху вниз, — у вас нет права осуждать ее.

— А что так? — продолжала атаку девушка, словно дергая хищника за усы, — вам не нравится, когда кто-то смеет говорить неудобную правду?! — Какой-то чертик вселился в Кэрри и толкал ее произносить неприятные слова. Ей хотелось сделать больно Дэвиду, ударять, нет, хлестать его словами, словно пощечинами.

— Да что ты знаешь о моей маме?! — рассвирепел Дэвид. Кэрри добилась своего! — Моя мама любила Фрэнка Уилтмора, всегда любила. Она была ему самой верной и преданной женой. И даже его болезнь делала их ближе друг к другу. Два года она сидела около него, изо дня в день, следила за его самочувствием, ухаживала, поддерживала. Изредка отходила и то, только когда я приезжал. Она не жила, ее как будто не было. Все только для него. У нее нервный срыв случился после его смерти, ее психиатр в чувства приводил. Как ты смеешь осуждать, что я отправил ее на отдых?! — выплюнул Дэвид Кэрри в лицо. Признания Дэвида больно били и саму Кэрри. — Где ты была все это время?! Что ты сделала ради него? — Оправдания кончились, теперь Дэвид нападал на саму Кэрри. Зря она его разозлила. — Ты вычеркнула его из своей жизни. Сколько раз онпытался наладить с тобой контакт? А ты? Нет, все строила и строила стену между вами! Ты даже о болезни его не знала. Он пропал и ладно, не позвонила ни разу, не проведала. Зато сейчас, даже если захочешь, не сможешь.