Онлайн книга «Измена. Счастье вопреки»
|
Впрочем, по ее взгляду вообще было невозможно понять: нравится ли ей что-то или нет. Елена Петровна умело скрывала все свои чувства. Мне это играет на руку, иначе бы я давно сгорела со стыда. Я на целые сутки была один на один в чужом доме с мало знакомым мне мужчиной. Что она могла обо мне думать, одному богу известно. Погода на улице стоит чудесная. Рамзеса не было в доме. — Елена Петровна, — вежливо обращаюсь к экономке. Женщина поворачивается в мою сторону, отложив мытье посуды после завтрака. — Чем могу быть полезна? — спрашивает почтительно. — А собака… — осекаюсь, так как считаю это грубым по отношению к единственному и главное любимому питомцу хозяина дома. — А Рамзес во дворе? — Не волнуйтесь, у Рамзеса сегодня груминг. Двор в вашем распоряжении, — на этих словах женщина вежливо улыбается и продолжает мытье посуды. Но перед этим бросает взгляд на улицу, явно понимая, почему мне радостно от этой новости. — Благодарю, — так же любезно отвечаю, чуть ли не поклонившись. Все эти дни я не имела возможности насладиться солнышком. Пес хоть и не высказывал явной агрессии, но его ярко желтые глаза, контрастирующие с короткой черной лоснящейся шерстью и мощное мускулистое тело приводили меня в настоящий ужас. Так что, можно сказать, мы были практически как в той детской задаче про лодку, волка, козу и капусту. Нам было противопоказано одновременное нахождение в одном месте. Мои заверения подтверждались вчерашним небольшим инцидентом. Одежду он не порвал, хотя вполне бы мог не только влегкую разорвать тонкуюткань, но и оставить великолепный след своих клыков на моеём плече…или бедре. На улице более получаса я просто наслаждалась мелодичным и радостным пением птиц. Вдыхала ароматы пихты, сосны и ели, росших здесь ровным строем. Не стала обуваться и позволила насладиться ощущением слегка влажной наимягчайшей газонной травой под босыми ногами. Скорее всего, ночью прошел легкий дождь. Все вокруг выглядит чистым и свежим. Хотя, возможно так мне видится потому, что я давно не была на улице. Моё заточение, как мне казалось, не предусматривало хоть какой-то свободы. В какой-то момент я даже начала думать, что больше никогда не увижу улицу, только через окно буду смотреть на проплывающие в небе облака или светящее в вышине солнце. На душе странная легкость. Ни капли волнения. Аккуратно ложусь на спину на коротко стриженную траву в центре заднего двора. Белые облака различной формы проплывают на голубом фоне прямо перед глазами. Кажется, протяни я только руку, обязательно смогла бы дотронуться до них, хотя они высоко надо мной. Если закрыть глаза, то я могу представить, словно нахожусь на деревенском поле из детства. Хотя, нет, я не права. Там трава была высокая, доставала до самой макушки. Щекотала ноги и нос. По шее и рукам ползали редкие муравьи или божьи коровки. Та трава скрывала меня от всего и всех: от проблем в доме, от посторонних взглядов. Здесь же я как на ладони… Странное чувство, будто кто-то за мной наблюдает со стороны, заставляет раскрыть глаза. Настороженно оглядываюсь по сторонам. А потом приподнимаюсь на локтях, оглядываюсь. И не зря — опершись плечом об угол дома, скрестив руки на груди, стоит Владимир и с интересом наблюдает за мной. Кровь приливает к щекам, а в горле пересыхает и становится сухо, как в пустыне. |