Книга Дочь врага, страница 92 – Мелисса Поутт

Тристан улыбается.

– Доктор Бэнкс. Мне нравится.

Меня пробивает приятной дрожью оттого, что он назвал меня своей фамилией.

– Мне тоже. – Очень нравится. Я трясу головой, пытаясь вернуться к мысли. – Я хочу помочь тебе стать мэром.

Энола была права:избрать должны Тристана. Больше никто не проявит такого терпения по поводу войны. Мне нужно обсудить с ней, что еще я могу сделать.

У Тристана падает челюсть.

– Не уверен, что я этого хочу.

– Это важная работа. Но ты сможешь, Тристан. – Ты должен.– Ты благоразумен. Ты слушаешь людей, и люди слушают тебя. Заметил, как они притихли, когда ты говорил на похоронах? Тебя уважают.

У меня в животе начинает собираться тепло, а потом в нем что-то очень приятно ухает вниз. Я смотрю Тристану в глаза, превратившиеся в зеленые озера.

– Мне нравится слышать, как ты говоришь обо мне.

Его рука снова обнимает меня.

Я затихаю, захваченная всей гаммой ощущений.

– Я могу делать так чаще, если тебе нравится.

Мой взгляд падает на его губы.

Тристан стонет и запрокидывает голову.

– Это все очень не вовремя, но я лучше тебя предупрежу, прежде чем здесь появятся люди: у меня сегодня утром встреча с элитной гвардией. Возможно, в любую минуту. Здесь, в оперативном штабе.

– О.

Я обмякаю в его руках. Теперь, когда мы уже точно не враги, я хотела побыть с ним наедине. Узнать друг друга получше – по-настоящему.

Он прижимается губами к моей щеке, а потом бормочет, не отрываясь от моей кожи:

– Серьезно, Ис. Ты меня убиваешь. Еще две секунды, и я запираю дом.

Еще никто не называл меня Ис. Мне нравится.

– Когда ты закончишь?

– Вероятно, это на весь день. А вечером будет встреча с городским советом. – Он морщится. – Прости.

– Ничего, – говорю я, очень стараясь, чтобы так и было. – Может, я пойду в больницу и буду умолять доктора Хэншо позволить мне за ним походить. – Я делаю паузу. – Вообще-то, для этого мне нужна Энола, но… я разозлилась на нее, когда услышала про вашу поездку в Ханук.

– Уверен, она уже обо всем забыла.

Ну, не знаю. От мысли, что она еще расстраивается, меня немного подташнивает.

Тристан посылает мне воспоминание, как добраться до дома Энолы, а потом целует в лоб. Я прижимаюсь к нему, не желая, чтобы поцелуй заканчивался. Его губы скользят ниже и ниже, замирая у меня на щеке. Я сжимаю пальцы в его волосах.

– Или я могу опоздать на свои встречи и отвести тебя к Эноле сам. – Он опускает голову, и теперь поцелуи ложатся на нежную кожу моего горла.

Я вздыхаю и поднимаю голову, чтобы ему было удобнее. Тристан покусываетмои губы, и по всему телу бегут мурашки, заставляя голову кружиться, зрение мутиться, а меня – отчаянно желать большего. Прикосновение Тристана опьяняет намного сильнее, когда он находится у меня в голове.

– Но тогда люди будут… – я ненадолго теряю ход мысли, когда он целует меня в губы как положено. – Будут винить меня в том, что я отвлекаю тебя от работы.

Работы, которая может стоить моему народу жизни, если он ее потеряет. Я неохотно сползаю с кушетки и поправляю одежду.

Взгляд Тристана настолько пылкий, что я вот-вот превращусь в пламенный шар.

– Нам нужно… Ах. – Мой мозг думает с трудом. – Идти. – Это не совсем то слово.

Тристан смотрит на меня с прежней пронзительной твердостью, которую я не могу прочитать. Его не раздирают противоречия. Он бы с радостью продолжил поцелуй – или, может, это я. Жду, чтобы он заговорил, ведь он точно о чем-то думает.