Книга Дочь врага, страница 97 – Мелисса Поутт

– Энола говорила, ты хочешь уйти. Почему?

Он колеблется.

– Политика никогда не была моей темой. – Тристан показывает на дневник. – Я бы лучше чинил вещи. Искал вещи. Раскрывал секреты прошлого и того, как они могут пригодиться в будущем, а не сидел на проклятых бесконечных совещаниях. Поэтому я и хотел попасть в элитную гвардию – это путь за наши границы, но не одинокая кочевая жизнь торговца. Ну, отчасти. Когда я узнал о тайнах за нашей оградой вроде тебя, это тоже добавило масла в огонь. – Он ухмыляется, потом становитсясерьезным. – Наверное, я всегда был любопытен и поэтому мечтал, что смогу уезжать отсюда на какое-то время. Хотя теперь, когда ты со мной, все иначе.

– И куда бы ты отправился?

Он пожимает плечами.

– Если бы бомбы не отравили столько земель вокруг – куда угодно.

Вот только это опасно. Земля отравлена, и отец говорил, что пройдет двадцать тысяч лет, прежде чем по ней снова можно будет ходить свободно.

– Знаешь, в старом мире был такой транспорт – трамваи, что-то типа автомашин, но ездивший по сети из рельсов. Люди пользовались им, чтобы перемещаться по всей Республике. Торговцы рассказали мне, где найти кучу вагонов. Я бы с удовольствием однажды добрался до них и посмотрел, чему по ним можно научиться.

«Так сделай это», – едва не слетает с моего языка. Мне нравится, что у него есть мечты, которых он хочет достигнуть. Но меня раздирают противоречия. Слишком многое зависит от того, возглавит ли Тристан свой народ. Мне нужно, чтобы он остановил войну.

– Непросто будет уйти, если тебя выберут мэром.

Тристан понижает голос.

– Да. Было время, когда я вовсе этого не хотел. Серьезно, зачем выбирать меня, когда есть кто-то вроде Вадора? Он уже уважаемый лидер, глава элитной гвардии. Но отец всегда говорил, что видел меня предводителем, а теперь, когда его нет, я чувствую, что мой долг перед ним – найти это лидерство и сделать шаг вперед.

– Не думаю, что тебе придется искать. Оно уже в тебе.

Он кивает, но я чувствую его нежелание говорить об этом дальше. Придется вернуться к этому в другой раз.

Нас охватывает уютная тишина. Слишком тихо.

– Твои совещания закончились раньше времени?

– Приехали торговцы, а значит, половине команды и большинству городского совета пришлось пойти принимать товары. Мы продолжим завтра.

Значит, мы одни. Мой желудок делает сальто, и нет сомнений, что Тристан тоже это чувствует, но я перекрываю ощущение, между делом вынимая дневник у него из рук. Перелистываю на последнюю страницу и показываю набросок девушки.

– Кто это?

Тристан стонет, и лента его смущения сворачивается в шар внутри меня.

– Зачем я вообще это здесь оставил? Вырви его.

– Ни за что, – говорю я оскорбленно, убирая рисунок подальше от него. – Оставлю его навсегда – только если это не Аннетт. Это Аннетт?

На его лице отражаетсяскепсис, как будто он поверить не может, что я это предположила.

– Не так уж это и невероятно. Вы были вместе.

– Мы не быливместе.

Я поднимаю бровь.

– Ну, то есть… неофициально. – Он потирает лоб тыльной стороной ладони. – Я думал об этом, и поэтому она позволяла себе иногда размывать границы нашей дружбы.

– Но вы…

Я делаю паузу и не могу продолжить фразу, вспоминая, как застала их с Аннетт вместе. Она прижималась к нему, а он не отстранял. Между ними что-то происходило. Я почти уверена, что они целовались. С опозданием всего в секунду я понимаю, что мои воспоминания о том вечере проигрались в головах у нас обоих.