Книга Дитя крови, страница 61 – Дарья Котова

— Когда вы последний раз видели самого лавочника? — перебила ее Тейра.

Тетка обиделась, что ей не дали высказать свое мнение, но все же ответила:

— Так с той же ночи. Он же с мальчишкой ушел!

— Вы видели и лавочника?

Ответ прозвучал не сразу и немного растеряно:

— Нет…

Спустя пять минут Тейра со стажером выломали доски на двери лавки и принялись обшаривать все вокруг. Совсем скоро они нашли гниющий в подвале труп — ему было не меньше месяца. Скрюченный старик был спрятан под грудой досок, сваленных в самом темном углу. Холод подвала и зимние морозы неплохо сохранили тело, Тейра даже смогла, зажав нос, осмотреть его, обнаружив на затылке старика дыру, сделанную чем-то тяжелым.

— Двадцать один, — мрачно произнесла Тейра, выходя из лавки.

— Что "двадцать один"? — не понял позеленевший стажер.

— Двадцать один труп на нашем убийце.

Марк привык делать для Мелитэе все — в разумных, а иногда и не в разумных пределах. Если она хотела есть, он шел на охоту. Если ей нужно было услышать, что он любит ее, он повторял свое признание тысячу раз. Так было всегда, но сегодня настал момент, когда он осознал — происходит что-то не то. Любимая просила слишком много. Слишком много еды.

В начале беременности вампиры охотятся два-три раза за ночь, потом это число может увеличиться до четырех-пяти. Однако у Марка с Мелитэей все было по-другому — она изначально просила больше. На первых порах он не замечал этого, к тому же он кормил ее со своей вены, то есть она пила непосредственно его, а не его жертв. Поэтому три-четыре трупа не бросались в глаза. Потом это число возросло до пяти, а затем и до шести. Марк начал беспокоится — не о своих силах, он-то знал, что способен на все ради хес'си, — о Мелитэе. Почему она так много ест? Это нормально? Но что может быть плохого?

Несмотря на внушительный возраст и опыт, Марк не так уж хорошо и представлял, как происходит кормление у других вампиров — об этом было не принято распространяться даже среди своих. Так что некоторое время он считал, что у них с Мелитэей все в порядке, ведь у всех так. Однако когда по просьбам любимой он стал ходить на охоту семь-восемь раз за ночь — в два раза чаще, чем нужно! — он забил тревогу. На его осторожно высказанные опасения Мелитэя ответила резко — она не видела ничего плохого в своем чрезмерном аппетите, — но от помощи Ликраса не отказалась.

Владыка всегда приходил на зов сестры, и не успело солнце взойти над Твердыней, как он уже был в покоях Мелитэи и Марка и выслушивал последнего. После окончания рассказа Ликрас некоторое время молчал. За эти полчаса Марк успел себя накрутить до состояния бешеной Мелитэи, а вот сама вампирша ничуть не обеспокоилась — она терпеливо ждала мнение брата.

— Однажды я слышал о подобном, — наконец произнес Ликрас, спасая Марка от сумасшествия. — Еще до твоего рождения, сестра. Я слышал об этом от отца. Тогда вампиршу тоже кормили в два раза чаще, чем это требовалось. Нужно не более пяти раз, и то уже в конце беременности. Если сейчас семь-восемь… то это означает, что ты носишь двойню.

Усталое лицо Марка озарилось удивлением и радостью,немного злая и раздраженная беспокойством мужа Мелитэя улыбнулась, кладя руку на округлившийся живот.

— Так их двое? Разве так бывает? Я слышала, что у людей иногда рождается больше одного ребенка, но у нас…