Книга Бесценная, страница 17 – Ольга Ярошинская

Корвина слегка задевал тот факт, что сам он не оказался достаточным поводом, чтобы остаться. Он маялся одиночеством в пустой башне, пускался в глупые приключения, сражался в чужих войнах и летал, но никак не мог понять, что его держит, и чем заполнить пустоту, что ширилась в сердце.

Корвин не знал, что найдет за дверью, когда подошел к ней, терзаясь от странной тоски. Но ручка стала такой горячей, что едва не обожгла ладонь. А за дверью оказалась девушка с синими глазами и сверкающим водопадом волос. И все остальное в ней было таким ослепительно прекрасным, что и слов не найти.

И вот она рядом, поет о солнце, что разгонит тьму, не зная, что его сердце уже согрето.

Закончив, Лита отложила лютню и вопросительно посмотрела на него.

– Очень красиво, – искренне похвалил он. – У тебя такой чистый голос.

– Теперь твоя очередь.

– Надеюсь, не петь, – улыбнулся он. – А то солнце точно спрячется куда подальше.

– Ты знаешь, о чем я.

– Да-да, как я попал во дворец…

На самом деле попасть внутрь было куда проще, чем выйти. Корвин помнил ту панику, которая охватила его, когда он увидел потолки и решетки на окнах. Он не мог обернуться вороном без открытого неба и по сути сам шагнул в западню. Получил плеткой и едва не лишился рук, но оно того стоило.

– Я искал тебя, – решился он. – Я хотел открыть дверь туда, где хранится мое сокровище.

– Сокровище? – недоверчиво переспросила Лита. – Я? Поэтому ты украл меня?

– Я ведь уже объяснял, – вздохнул Корвин.

– Да-да, меня везли не в храм, а на съедение змею, – фыркнулаЛита. – Скажи мне, крылатый, зачем тогда дорогому отцу так заботиться обо мне и других сестрах? Зачем учить языкам и игре на музыкальных инструментах?

Он и сам толком не понимал. Потрескивало пламя, сверкали звезды над головой, а девушка на ступеньках дома была так красива, что о королевских мотивах думалось сложно.

– Может, ему было приятно находиться в окружении образованных дам, – предположил Корвин. – Или так его золотейшество договорился со своей совестью, если та вообще есть.

Вроде – не просто кормил червя девушками, виновными только в том, что у них золотые косы, а отдавал в жертву нечто для себя важное. Корвин не отказался бы побеседовать с королем и выяснить, что творится в его голове. Но еще больше он хотел бы размозжить эту коронованную башку крепким клювом. И тогда на престол взойдет принц, который сейчас управляет восточной провинцией, и все пойдет, как и прежде. Если не хуже.

– Ты несешь ерунду, – категорично заявила Лита.

– Почему это? – наигранно возмутился Корвин. – Разве не знаешь: вороны вечно тащат в гнездо блестящее и красивое. Это инстинкт!

– Тогда ты бы не состриг мои волосы! Это нелогично. Я перестала быть бесценной и…

– Не перестала, – сказал Корвин.

Лита захлопнула рот и умолкла, и он попросил:

– Дай мне лютню.

– Умеешь играть?

Она встала, осторожно пересекла лужайку и протянула Корвину инструмент. Взяв лютню, он с сосредоточенным видом пощипал струны, как делала Лита прежде.

– Я настроила ее, насколько это было возможно, – сказал она, присев рядом. – Что ты собираешься петь?

– Я вообще петь не собираюсь, – усмехнулся Корвин. – Ворон – не певчая птица.

– Зачем тогда…

– Хотел, чтобы ты вышла под небо, – пояснил он. – Смотри, как красиво! Уверен, даже в королевском дворце нет такой роскоши.