Книга Магия льда для чайников, страница 61 – Нинель Мягкова

Почему же их исключили?

Никаких меток вроде «вор» или «убийца». Просто и лаконично, как и у меня — «отчислен».

Числа мне что-то напомнили. Я снова разложила перед собой листочки с невнятным шифром.

Ага.

Вот вчерашняя дата.

А предыдущая — три года назад.

Как там сказал Тайринг? Когда исключили того несчастного? Жаль, не уточнила, как его звали.

Пожалуй, возьму все. Лишним не будет.

Свернув в тугой рулон все тетрадки и листочки, запихнула их за пазуху. Потом разберусь поподробнее. Тут явно попахивает чем-то незаконным.

Ребенок, сильный маг, исключается по реальной или надуманной причине — это еще надо выяснить, после чего бесследно исчезает и больше о нем никто не слышит. Подозрительно? Не то слово!

Вряд ли директор выбрасывает талантливых водников на мороз.

Нет, тут все куда интереснее.

Гербовая плотная бумага, лежавшая в отдельной папке, меня особо заинтересовала. Это оказался банковский вексель — свеженький, недавно отпечатанный, еще пахнущий типографской краской. Витиеватая незнакомая подпись и внушительная сумма в двести эллиров прописью.

Учитывая, что за ежемесячные поставкиеды для детей платили около двадцати фирнов, а в одном эллире их тысяча, — на такие деньжищи можно несколько десятков лет жить всем приютом припеваючи.

Но что-то мне подсказывало, что средства эти вовсе не для сирот.

Ни фамилии отправителя, ни получателя на бумаге не значилось. Видимо, какая-то защита стоит или узор характерный, защищающий от подделки. Эдакий чек на предъявителя.

Что ж. Нам пригодится. Тем более, подозреваю, это и есть оплата за меня.

Похоже, господин Эльгард думал, что брат станет служителем и за мной некому будет присмотреть. А поскольку Кай возвращаться в приют и отчитываться не стал, то директор не в курсе, что он отказался от сомнительной чести.

И те, кому он меня продал, тоже.

Значит, за мной придут.

По лицу расплылась предвкушающая усмешка.

Я решительно засиделась в тихом болотце быта. Пора его встряхнуть как следует! Что может быть лучше небольшого опасного расследования?

Вексель последовал за остальными бумагами в теплые недра моей рубашки. С тихим щелчком панель закрыла опустевший тайник, и в этот момент сработала сигналка.

Кто-то поднимался по лестнице.

Не мешкая, я метнулась к выходу, закрыла за собой дверь и спешно провернула ключ. Зажала в кулаке стремительно тающую льдинку, огляделась и спряталась за тяжелую портьеру, прикрывавшую оконную нишу.

Вовремя.

Походку директора я узнала издалека. Слегка шаркающая, будто ему велика обувь. Он провернул ключ, вполголоса ругаясь на заедающий замок, и скрылся в кабинете.

Я обернулась, оглядела окно. Рама заколочена наглухо. Тут мне не вылезти.

Пришлось рискнуть, пробежать по коридору дальше, к черной лестнице.

Этажом ниже суетились слуги, так что я поспешила наверх.

На чердак.

До боли знакомое мансардное окошко открылось беззвучно.

Четыре этажа. Немало.

Выбираюсь осторожно. Для успешного спуска мне нужно сконцентрироваться и просчитать траекторию, что в условиях свободного падения будет сложновато. Сначала выберусь на карниз, примерюсь.

Ледяная горка, наспех сформированная из осыпающегося снега, принимает меня в колючие объятия. Дыхание перехватывает.

Короткий миг полета.

Сугроб.

Не тратя времени на тщетные попытки привести себя в порядок, скачу вокруг здания к рулону и тючку. Те лежат нетронутые, дожидаются. Подхватываюи бегу к забору.