Книга Ледяное проклятье, или Как растопить сердце дракона, страница 50 – Анна Сиротина

— Так сладко! Прошу, ещё! Не останавливайся!

— Моя чувствительная киска! — И эти слова, одновременно пошлые и ласковые, включили во мне какой-то механизм. В глубине начала сжиматься пружина, создавая тянущее чувство и порождая неконтролируемую жажду наслаждения. С сочным звуком в меня погрузились сразу два пальца, а язык принялся порхать по клитору словно крылья бабочки, отключая сознание и оставляя только блаженство. — Ты полностью готовая для меня!

— Пожалуйста… — умоляющий шёпот сорвался с губ. Пальцы покинули меня, их место заняло кое-что побольше. Его член погрузился в мою влажность, до конца. Заполнил всё пространство внутри. Стеночки обхватили его мощное естество, а каждая клеточка радостно отозвалась на нежное вторжение. Чувство наполненности было таким острым и сладким. Это было невероятно. Он наклонился, поймал мои губы и начал двигаться. От мягкого трения огненная пружина затягивалась всё сильнее. Я была всё ближе к разрядке. Знакомое чувство нарастало. Я обхватила ногами его бёдра, стараясь прижаться сильнее, а ногтями вцепилась в спину. Он зарычал и ускорился, срываясь в бешеный темп. И это было умопомрачительно. Внутри уже всё пылало. Начали накатывать первые волны наслаждения, мои стоны становились всё громче, а он пил их своими губами. Его движения стали рваными, мужское достоинство пульсировало внутри. Мои стеночки ритмично сжимались вокруг него, сдавливали, приближали кульминацию. Мы достигли верхней точки одновременно. Он заполнял меня своим семенем, а я содрогалась в невероятном ошеломляющем экстазе. Перед глазами распускались искры салюта, и в них я видела образ сине-фиолетового дракона, который парил в вышине. В голове вспыхнуло имя, и при последней яркой вспышке, дарящей полное освобождение, оно само сорвалось с губ вместе со стоном.

— А-а-ах! Киан!

— Что? — Услышала хриплый, полный удивления и боли голос.

Он всё ещё сжимал меня в объятиях, был во мне и при этом будто далеко. Ошарашенно смотрел в мои глаза. Сердце замерло и пустилось вскачь, отдаваясь где-то в горле. Это же надо так лохануться, в порыве страсти произнести другое имя. Как в дурацких сериалах. Я раскрыла рот чтобы… А что, собственно, я могла сказать? Мне книга по секрету показала это имя, и я решила, что оно твоё. Бред сивой кобылы. Как выброшенная на берег рыбка, я таращила глаза и шлёпала губами. А он неожиданно сказал.

— Повтори, как ты меня назвала? — Прозвучало требовательно и одновременно умоляюще.

— Киан, — одними губами произнесла, но он услышал.

— Да! Киан! — Столько радости было в его голосе, что я совсем запуталась. Он неистово начал покрывать поцелуями мои щёки, губы, шею. — Тебя послали боги, Мили, чтобы ты вернула меня. Мои эмоции, моё прошлое, моё имя! — Он целовал, а на меня накатила дикая обида, и ядовитая ревность распустила свои цветы. Всё это время он был не со мной, а с ней! Любил и обнимал её. Уголки глаз предательски увлажнились, к горлу подступил ком.

— Аврора! Меня зовут — Аврора! — Сквозь слёзы произнесла и упёрлась рукой в твёрдую грудь, стараясь оттолкнуть. Но куда там, легче танк подвинуть. Он лишь крепче сжал меня, зарылся носом в волосы, поцеловал в макушку и ласково произнёс:

— Я был слеп, прости! Моя Аврора! — После того как он это произнёс, внутреннюю часть бедра кольнуло. Я тихо ойкнула, а он напрягся. Взгляд сам опустился туда, где всё ещё были соединены наши тела. Золотыми вензелями на мне высвечивалось его имя, вплеталось в рисунок татуировки. Он тоже смотрел. Как только последняя буква зажглась на коже, он прошептал: