Книга Ледяное проклятье, или Как растопить сердце дракона, страница 60 – Анна Сиротина

Её лицо, как обычно, было холодным и непроницаемым. Ни страха, ни удивления — только ровное, почти каменное спокойствие. Она склонила голову.

— Ваше превосходительство. Жду распоряжений.

Я коротко объяснил ситуацию. Без лишних подробностей — Мара не нуждалась в них. Две души в одном теле. Опасность. Необходимость постоянного наблюдения. При любом странном поведении — обездвижить. При малейшей угрозе жизни — немедленно переместиться ко мне.

Я видел, как на мгновение её взгляд стал тяжелее.

Я вложил в её ладонь кулон с портальной печатью. Лёд вспыхнул и тут же погас.

— Запомни, при любой опасности сразу ко мне!

— Я всё исполню.

Я перенёс её в покои Авроры и больше не оглядывался.

Потому что, если я сейчас позволю себе страх — он меня сломает.

Библиотека встретила меня тишиной. Густой, давящей, будто сами стены затаили дыхание. Магические факелы вспыхнули, когда я переступил порог, и свет лёг на бесконечные ряды полок, уходящие вверх так высоко, что взгляд терялся.

Я прошёл к центральному помосту, на котором лежал древний манускрипт Хранителя Заполярья.

Книга богов.

Закон.

Основа всего, чем была и остаётся эта тюрьма.

Я раскрыл её — и страницы засияли серебром. Руны медленно переплетались, слова проступали несразу, будто сами выбирали, что показать.

Я читал молча. Упорно. Страницу за страницей. Раздел за разделом.

О том, как душа преступника проходит искупление. О том, как тени прошлого разрывают на части и вновь собирают. О том, как очищенная душа отправляется на перерождение, оставляя тело позади.

Страдание.

Искупление.

Перерождение.

Я искал путь, который позволит освободить Аврору от смерти. Возвращался. Перепроверял. Чем глубже я погружался в текст, тем тяжелее становился воздух. Ладони холодели, дракон под кожей ворочался всё активнее, издавал глухой, болезненный рык — он чувствовал моё отчаяние.

Я продолжал искать возможность. Любую. Самую крошечную. Хоть один намёк, что магию можно переломить, обойти, обмануть.

Перелистнув последнюю страницу, я понял, что прочитал абсолютно всё. И не нашёл ничего.

Ни лазейки.

Ни слабого места.

Ни даже легенды.

Ответ был один.

«Лишь проходя смерть, душа преступника очищается и возвращается к началу пути».

Я закрыл глаза.

Дракон взвыл внутри.

Перерождение — единственный путь.

Единственный выход.

Я сжал книгу так сильно, что кожа на пальцах побелела.

— Нет… — вырвалось хрипло. — Я не отдам её.

Но слова звучали слабо. Почти лживо. Потому что даже в собственном голосе я слышал сомнение. Но я всё равно повторил:

— Я не позволю ей умереть. Ни ради законов. Ни ради богов. Ни ради этой тюрьмы.

Манускрипт молчал.

Боги — тоже.

Я закрыл книгу.

И остался стоять в тишине, понимая, что впервые за триста пятьдесят лет не вижу пути дальше.

Я подумал об Авроре. О её неуёмном желании жить. О том, что она не смирилась с положением вещей, не сломалась, доказывала свою правоту, не боялась. Она пришла в этот мир, который ещё вчера был для неё чужим, но не сдалась. Я не имел права позволить ей умереть за грехи чудовища.

Что-то внутри меня надломилось.

Я резко поднялся и со всей силы ударил по пюпитру, держащему манускрипт.

Он упал.

А книга разбилась.

Вдребезги!

Как хрусталь. Как лёд под ударом молота. Осколки разлетелись по библиотеке, звеня, вспыхивая голубым светом.

Я замер.