Книга До встречи..., страница 112 – Александра Мауль

Меня вдруг охватывает неприятное ощущение. Я ехала в Берлин, в тот самый день, когда папа не позволил мне остаться с Давидом и стать его женой. Но меня не приняли туда, оказалось, что я не достаточно талантлива для них.Поэтому папе срочно пришлось искать другие варианты. На самом деле я была так расстроена, что совсем не думала о своём будущем и блестящей возможности проявить свой талант и стать художницей. Я завалила свою возможность, потому что мне было плохо, у меня всё внутри горели, а мой мир рухнул.

Я вдруг смотрю на Артема, чтобы увидеть хоть маленькое подтверждение своей ужасной догадки, хотя в этом нет ничего удивительного. Я не была уверена в том, что это он рассказал о нас папе, потому что Богдан то же был против нашего решения пожениться. В любом случае, прямо сейчас это уже не имеет никакого значения.

Когда Аня уходить, чтобы принести десерт, я вижу, что Артем опускает голову. Неловкое, давящее молчание с горьким привкусом предательства повисает в комнате. Я не спрашиваю его о том, почему он это сделал, очевидно, что идея нашей свадьбы пугала его, так же как и моих родителей. Он, как и они решил, что жениться в таком возрасте, равно совершить ошибку на всю жизнь.

Вижу в его глазах безмолвную мольбу и понимаю, что Аня не принимала в этом участие и скорее всего ни о чем не догадывается.

— У него кто-то есть? — спрашиваю я, когда Аня ставит передо мной какие-то пирожные.

— Нет — отвечает Артем. А Аня тяжело вздыхает, садиться и потирает свой животик. — Он слишком занят своей работой. Им с Богданом удалось расшириться и сейчас он пропадает в своём, так называемом, офисе.

Я улыбаюсь, значит, ему тоже удалось осуществить свою мечту и купить тот гараж с комнатами наверху и превратить их в игровую комнату и в офис. Поэтому я пропускаю десерт и поднимаюсь. Улыбаюсь глядя на Аню и выхожу из-за стола, чтобы пойти туда и, наконец, увидеть его.

Я итак слишком долго ждала и боролась с желанием броситься к нему сразу после того, как проведала папу.

Никита встречает меня и широко улыбается. Я теряюсь в его теплых почти братских объятиях. Он берёт меня за руку и тянет наверх. Останавливаемся на какое-то время у двери, и я благодарна ему за то, что он дает мне возможность собраться с мыслями. Меня бьет мелкая дрожь и сбивается дыхание.

Он входит первым, поэтому в комнате никто не обращает на меня внимание. Здесь темновато, на мой взгляд, посередине комнаты стоит длинный стол, за которым сидят около десяти парней. Над столом виситгромоздкая люстра, единственный свет в этой комнате, не считая того, что попадает сюда через небольшие окна.

Давид сидит во главе стола. Я слышу его голос и смех. Делаю шаг в сторону и останавливаюсь, чтобы посмотреть на него. Чувствую, как моё сердце начинает бешено колотиться. Он такой красивый. Всё, что я к нему чувствовала никуда не ушло, кажется, что стало только сильнее.

Его волосы снова собраны в небрежный хвост, а на лицо тенью легла щетина, чувствую покалывание в пальцах от нестерпимого желания провести по ней пальцами. Его глаза по-прежнему бледно голубые, зато морщинки вокруг них стали чуть более заметными. Он одет в белую футболку, поверх которой черная кожаная куртка с нашивкой и я её узнаю. Тот самый логотип, который он мечтал сделать для своей мастерской.