Книга До встречи..., страница 80 – Александра Мауль

Я вздыхаю, потому что не хочу, чтобы с Никитой происходило что-то подобное. Он действительно выглядит влюбленным в неё.

Прошу Богдана разобраться с этим как можно скорее и обещаю, что ничего не скажу Никите, обещаю, что даже своему парню не проболтаюсь.

Но Богдан не спешит и спустя два месяца Марина все ещё приходит на наши семейные ужины. В качестве девушки Никиты, который выглядит счастливым и с каждым днём всё более влюбленным в неё.

В начале марта мне приходит письмо о том, что я частично зачислена в институт искусств, а для полного зачисления мне необходимо пройти личное собеседование.

Я уже предоставляла им свои работы и результаты конкурса, в котором участвовала. На самом деле за эти несколько месяцев случился большой шаг в моем творчестве и теперь я чувствую себя куда увереннее, чем раньше, когда рассказываю о том, что я художник.

Я потрясающе рисую на самом деле, потому что вижу восхищенные взгляды на своих работах. Какое-то время назад, я разрисовала стену в кальянной друга Давида, а после мне поступило еще несколько подобных предложений.

Папа всегда шумно выдыхает и едва не скрипит зубами от досады, когда я рассказываю родителям о своих успехах в рисовании. Я больше не посещаю предметы, которые он так тщательно для меня выбирали рекомендовал. Я целиком и полностью отдалась своему творчеству и с тех пор как рассказала подписчикам о своем рисовании, они то и дело фотографируются рядом с моими работами и отмечают меня.

Чувствую себя на вершине мира и бесконечно счастливой. Мне не стоило бояться противостоять папе и заявить о своем желании учиться в институте искусств.

Он грозился, что не станет оплачивать мне учебу, которую я теперь могу оплатить сама. Благодаря рисованию и рекламе в инстаграм.

После занятий еду к Давиду в мастерскую, чтобы поделиться радостью о своем зачислении, но увидев своего парня, забываю обо всем.

Мы с Давидом не виделись несколько дней, потому что у него было много работы, а мне нужно готовиться к экзамену по математике, который я могу с треском провалить. Я ненавижу математику и у меня никак не получается это изменить.

Я думала, что застану своего парня в рабочей форме, за работой, но вместо этого он встречает меня в темно-синей кепке, такого же цвета спортивном костюме, поверх которого черная жилетка.

Я чувствую, как тревога пробегает по моему позвоночнику, когда Давид делает глубокий вдох и, очевидно, готовиться к разговору со мной.

Осматриваю своего парня, когда останавливаюсь напротив него и вижу, как он поджимает губы. У Давида разбита бровь, на щеке я замечаю ссадину, еще одна на подбородке. Опускаю взгляд на его руки и вижу, что на одной руке содраны костяшки пальцев.

Он поднимает руку, слегка наклоняет голову и чешет несуществующую бороду.

— Что с тобой случилось? — спрашиваю я и он дарит мне полуулыбку. А на моем лице ни намека на улыбку, я настроена решительно и ответ «не бери в голову, все хорошо» меня не устроит.

— Ничего особенного — отвечает он — Просто кое с кем поспорил. Тебе не о чем волноваться. — он улыбается, а я не улыбаюсь ему в ответ. — Детка, я просто вспылил и мы уже все уладили. Тебе действительно не о чем волноваться.

Я улыбаюсь с закрытым ртом и подаюсь вперед, чтобы прижаться к нему.

В последнее время Давид ведет себя странно, он все время напряжен и очень агрессивен. Возможно его вид, связан с тем, что так сильно тревожило его все это время.