Книга Хранительница света для темного дракона, страница 79 – Ардана Шатз

Я была единственной, кто остался у палатки. Наблюдала за происходящим, и сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышит даже Эштон, паривший в высоте.

Когда последняя свеча оказалась в земле, все отступили на безопасное расстояние, и Кайл поднял руку, подавая сигнал.

Дракон начал медленно облетать периметр. А я затаила дыхание.

Новая вспышка драконьего пламени коснулась первой свечи. И та, вместо того, чтобы расплавиться от огня, вспыхнула ярким, золотистым светом. За ней вторая, третья, десятая, двухсотая.

Одна за другой свечи загорались, образуя сияющее кольцо вокруг разлома. Я смотрела на это с восторгом и ужасом. На темный дым, что начал вырываться из разлома, на кольцо пламени, что сияло вокруг провала. На огромного дракона, который был одновременно самым невероятным человеком, которого я знала.

И которого я полюбила. Я осознала это так ясно, что даже удивилась, почему не поняла этого раньше.

Когда последняя свеча загорелась, дракон опустился на землю, а через секунду Эштон подошел ко мне, взял за руку и повел меня ближе к разлому.

Свечи горели ровным, теплым светом. В лагере повисла напряженная тишина. Мы с Эшем стояли рядом,сжимая руки друг друга, и напряженно ждали.

Сработает или нет?

* * *

Разлом затягивался.

Эштон Блэкторн смотрел на это, не веря собственным глазам. Чёрная бездна, которая столько месяцев отравляла его земли и не давала спать по ночам, медленно сжималась. Края её светились янтарным светом — отблеском горящих свечей.

Тонкие и теплые пальцы сжимали его ладонь. Он скосил взгляд на девушку рядом. Попаданка из другого мира, юная свечница, которая явилась так неожиданно и перевернула его жизнь с ног на голову.

Такая хрупкая, такая юная — она спасла его земли. Сначала она подарила городу свет. Её безумная идея с фонарями, которую он сначала не принял всерьез, воплотилась в жизнь. А теперь она закрыла разлом. И при этом ничего не попросила взамен. Просто явилась в лагерь, пришла сквозь метель, сжимая в руках дневник старого Хранителя. И сразу же взялась за работу.

Эштон стиснул её пальцы крепче. В груди разливалось что-то горячее, незнакомое. Он так привык контролировать себя, что сейчас чувствовал полное смятение. Почему за столько короткий срок Ника стала так дорога ему?

Но больше всего его волновал другой вопрос — как не дать ей уйти?

Он должен дать ей причину остаться. Настоящую, вескую причину. Такую, что перевесит тоску по прежней жизни.

Ника повернулась к нему, и в её глазах он увидел то, что чувствовал сам. Невыразимую нежность, тепло и нечто, что раздирало сердце на части.

Эштон стиснул зубы, удерживая слова, которым было не место посреди военного лагеря, в десятке шагов от разлома. Не так. Ника заслуживала, чтобы он сделал все правильно.

А потом он посмотрел в её глаза ещё раз — и наплевал на всё.

Подхватил Нику на руки так резко, что она ахнула от неожиданности. Её руки обвились вокруг его шеи, а он уже целовал её. Жадно, отчаянно, вкладывая в поцелуй всё, что не мог выразить словами.

Когда он, наконец, оторвался от неё, Ника смотрела на него затуманенным взглядом. Щёки пылали, губы припухли от поцелуя.

— Эштон… — прошептала она.

— У нас получилось. — Хрипло ответил он, чувствуя, как колотится сердце.

* * *

Лагерь было решено оставить до тех пор, пока не будет понятно, что разлом закрылся окончательно,и прорыва больше не будет. Он оставил Кайла за старшего и распорядился сменять караульных по прежнему графику.