Книга Запретная для звездного повелителя, страница 29 – Лея Арис

Его волосы аккуратно уложены, лицо выбрито, а в глазах — никаких следов недавней усталости, только привычная, ледяная собранность.

Он выглядит так, будто готовится к выходу в свет.

Я замираю, совершенно растерянная.

— Я… я хотела извиниться, — лепечу я, чувствуя себя полной идиоткой в своем халате перед его безупречным видом.

Он смотрит на меня, и в его взгляде нет ни гнева, ни разочарования. Есть только отстраненная вежливость.

— Тебе не за что извиняться, — говорит он ровным тоном. — Обстоятельства были… напряженными. Я все понимаю.

Мой взгляд скользит по его костюму. Ревность! Острая, неожиданная и нелепая пронзает меня, как нож.

— А вы… куда? — срывается у меня, хотя я знаю, что не имею права спрашивать.

— Спешу на прием, — коротко отвечает он, поправляя манжету. — Во дворец.

Во дворец.

Картинка сама всплывает перед глазами: бальные залы, сияющие платья, знатные аркинши с совершенными чертами лица…

— Хорошей вам ночи, ваша Светлость, — говорю я.

Разворачиваюсь и почти бегу обратно в свою комнату, сжимая полы халата. Закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней спиной, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Ну какая же я дура! Стучит в висках.

Я стою, прижавшись спиной к прохладной двери, и слушаю, как его шаги удаляются по коридору. В ушах звенит от собственной глупости. Внутри вихрь стыда, ревности и полнейшей растерянности. Он ушел. Во дворец. К своей настоящей жизни.

Но шаги не исчезают вдалеке. Они затихают, а потом возвращаются. Четкие, уверенные. Они останавливаются прямо за моей дверью.

Тишина. Затем тихий, но твердый стук.

Сердце замирает, а потом начинает колотиться с новой силой. Что ему еще нужно? Я медленно, отхожу от дверии открываю ее.

Доминик стоит на пороге.

Его безупречный вид полумраке спальни. Свет из коридора выхватывает резкие черты его лица.

— Ваша Светлость, я не смею вас задерживать, — говорю я автоматически, опуская глаза.

Он не отвечает сразу. Я чувствую его взгляд на себе, тяжелый и изучающий. Потом слышу тихий вздох. Когда я осмеливаюсь поднять взгляд, я вижу, как он запускает длинные пальцы в свои иссиня-черные волосы, слегка растрепывая идеальную укладку.

Этот простой, почти человеческий жест застает меня врасплох.

— Перед тем как ты начнешь сопровождать меня на приемах, — говорит он, и его голос больше не ледяной, а просто сдержанный, — тебе нужно будет пройти определенные процедуры. И обучиться. Всему. Этикету, протоколу, истории династии, управлению аурой в обществе. Всему, что полагается знать… — он делает паузу, — … той, кто будет рядом.

Он смотрит прямо на меня, и в его черных глазах я читаю не раздражение, а что-то вроде… решимости. Как будто он берет на себя еще одну, очень сложную обязанность.

— Я не животное, — произносит он тихо, но с невероятной четкостью. — Чтобы набрасываться на тебя в первую же ночь после того, как ты подписала контракт под давлением обстоятельств. И особенно после того, как назвала себя вещью.

Его слова обжигают. Не потому что они злы, а потому что в них — горькая правда и… уважение? К моим чувствам? К моей растерянности?

— А теперь, — он делает шаг назад, восстанавливая дистанцию, и его тон снова становится деловым, но уже без прежней холодности, — иди ложись спать. Тебе нужен отдых. Завтра ты возвращаешься с Итаном на Вальдиру. Тебя ждет переезд во дворец. И с понедельника — плотный график обучения. У тебя будет очень много дел.