Книга Музейное чудовище, или Я - не ведьма!, страница 38 – Полина Миронова

— А ну-ка стой! — рыкнула я, и Илья удивленно обернулся.

Увидев факел у меня в руке, он заметно побледней и поспешно поднялся. Проступившее через маску нагловатого княжича чудовище спряталось обратно.

— Эй, эй, Марина, потише! — сказал он, поднимая руки. — Успокаивайся давай, а то сожжешь эту богодельню.

Я зашипела как змея, и факел в моих руках подрос.

— А ну пошел отсюдова! — фальцетом закричал из-под кровати Васька. — А то Маринка твой павлиний хвост подпалит ко всем чертям!

Илья ожег невидимого кота ненавидящим взглядом, обещая неминуемую смерть, и с достоинством, не прощаясь, удалился.

— Мариночка, — ко мне подошла Лика с огромными рабочими перчатками. — Девочка, давай успокаиваться.

Она ловко всунула мои руки в перчатки и огонь сам собой погас.

Я подняла на нее удивленный взгляд, Лика подмигнула и, облегченно рассмеявшись, пояснила:

— Мой папа огненный маг, а мама оборотень. Мой младший брат совершенно не умеет контролировать свой огонь, поэтому у нас везде лежат такие антимагические перчатки. Эти я случайно сунула в карман после прогулки, а они вон как пригодились.

Я молча обняла ее, пытаясь сдержать начинающуюся истерику. Буквально пару часов назад меня признали магом смерти, а теперь я тут чуть все не сожгла. Боже, я не хочу об этом думать!

Как была в перчатках, я подняла конфеты Ильи с пола и, раскрыв окно, вышвырнула их на улицу.

— А вот это ты зря, — наставительно пробурчал Васька, осторожно выбираясь из-под кровати. — Вдруг кто сожрет!

— Пофиг! — философски сказала я, сняла перчатки и устало упала на кровать. — Вась, а чего Илья так взбесился?

Но неожиданно отвечать начала Соня:

— Это была громкая и грязная история. Белорецкие они же родовитые, всегда на виду. А Илья один из самых завидных женихов в магическом мире. Богатый, знатный, сильный. И абсолютно бессердечный, — Соня беспокойно теребила скатерть, и рассказывала, уставившись на дверь. — Он отдыхал в одном приморском отеле и там соблазнил русалку. Сделал он это явно магией, потому что им абсолютно не интересны сухопутные мужчины. А когда русалка забеременела, заявил, что он вообще не причем. Но ему не повезло, это была не безымянная беззащитнаярусалка, ее папа владел целой сетью отелей. И Илью заставили признать ребенка. Но лучше бы не заставляли, — Соня вздохнула и, смаргивая слезы, продолжила. — Ее с ребеночком так и не нашли. Илья плел какую-то ересь, доказывая, что не при чем. В общем, семья его отмазала. Так что он та еще тварь! Тогда многие поверили Белорецким, но только не оборотни. Мы знаем, какой он…

Соня замолчала. А я со вздохом продолжила, понимая, что за историей про русалку кроется что-то слишком личное:

— Русалка была не первой?

— И не последней, — закончила Лика.

Да, и не последней. Я же еще. Я сглотнула вязкую слюну.

— Он… он теперь преследует меня. Говорит, будет бороться за моё сердце. А я… я не прошла ведьминскую инициацию. Мне страшно, что он… что он может попытаться сделать это без моего согласия.

Мои соседки переглянулись. Васька запрыгнул ко мне на кровать и уставился своими бездонными глазами.

— Не беспокойся! — муркнул он. — С ведьмами так не работает. Если ты будешь сопротивляться и ненавидеть его в тот момент, он умрет. Магия ведьм не терпит насилия.

— А если… влюбит в себя? — спросила я, и почему-то в голове тут же возник образ другого мужчины с жёлтыми глазами и горбинкой на носу.