Книга Дело 13. Проклятая ассистентка, страница 54 – Аманда Бард

— Кассиан, — прошипела Маша, цепляясь за его руку. — Это что за место?

— Лучшие визажисты и стилисты в Ульгаррате, — так же тихо ответил он, пытаясь высвободить свою руку. — Они... э-э-э... немного другие, но в своём деле гении. Главное... — он наклонился к её уху, и его дыхание стало чуть более учащённым, —...не смотри им в глаза слишком долго и ни о чём не проси. Они могут принять это за желание заключить сделку.

Одна из сирен-фей повернулась к ним. Её глаза были бездонными, как океанская пучина.

— Господин Кассиан, — её голос был подобен шелесту волн о берег. — Мы ждали вас. Это и есть тот самый... чистый холст?

Маша почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Фраза «чистый холст» звучала зловеще.

— Именно, — Кассиан слегка подтолкнул Машу вперёд. — Сделайте её... подходящей для вечернего выхода. Уверенной.Неотразимой. — Он произнёс это с такой неестественной торжественностью, будто заказывал заклинание, а не причёску.

— Кассиан! — Маша обернулась к нему с паническим взглядом.

— Всё будет в порядке, — сказал он, и в его глазах она прочла не только привычную насмешку, но и что-то похожее на... смущение? — Они профессионалы. Я... я подожду снаружи. Не долго!

И с этими словами он ретировался, оставив Машу наедине с гипнотизирующим гудением и множеством блестящих, слишком внимательных глаз, устремлённых на неё. Одна из сирен с чешуйчатыми крыльями плавно подплыла к ней, её тонкие пальцы с длинными, перламутровыми ногтями потянулись к её волосам.

— Не бойся, дитя суши, — прошептала она, и её голос обещал и пугал одновременно. — Мы сделаем из тебя существо, от которого он не сможет отвести взгляд. Даже если захочет.

Маша стояла, парализованная страхом и абсурдностью ситуации. Охотник на нечисть, с которым они только что разгадывали загадку древнего проклятия и надвигающегося апокалипсиса, привёз её в салон красоты, управляемый сиренами, чтобы подготовить к свиданию... с ним же самим. Вечер определённо складывался не так, как она ожидала.

Маша ожидала всего: щипцов, раскалённых докрасна, зелий, меняющих цвет волос, или, на худой конец, пришивания дополнительных конечностей для большей эстетичности. Но сирены-феи оказались мастерами тонкой, почти невесомой магии.

Их тонкие, прохладные пальцы перебирали её волосы, не дергая и не причиняя боли. Они смыли с неё пыль катакомб и остатки стресса какой-то пеной, пахнущей лунными цветами и свежеразрезанным арбузом. Вместо странных инструментов они использовали мягкие кисти, гребни из перламутра и свои собственные, тихо гудящие голоса. Их шёпот, похожий на отдаленный шум прибоя, был частью процесса.

— Пряди как шёлк, но грусть в них застряла, — щебетала одна, распутывая локон.

— Выпустим её, выпустим свет, — вторила ей вторая, нанося на лицо Маши что-то прохладное и бархатистое.

Маша закрыла глаза, поддавшись странному гипнозу их действий. Она не видела, что именно они делают, чувствуя лишь лёгкие прикосновения и вдыхая непривычно нежные ароматы. Это было... приятно. И от этого ещё более тревожно.

Когда её подвели к большому, овальному зеркалу в раме из морёного дуба, она не узнала себя.

Её русые волосы, обычно собранные в небрежный хвост или пучок, были распущены. Но это не были её привычные волны. Они лежали идеальными, мягкими, сияющими волнами, словно их только что высушил лёгкий морской бриз. Локоны переливались под странным светом салона, словно в них вплели частички света.