Книга Влюбиться до Нового Года, или призрачная ведьма в драконью семью, страница 30 – Лира Алая

Мира плакала до тех пор, пока не уснула, да и я сама чувствовала такую усталость, что было лень пошевелить рукой. Роуланд, который отнес Мири в спальню, вернулся обратно, и, подхватив мое вполне физическое тело без подозрений на полупрозрачность, отнес в спальню.

Свою спальню.

Я не успела даже напрячься, как Роуланд накрыл меня одеялом, а сам лег рядом поверх одеяла.

Я выдохнула.

– Что такое? – спросил он, поворачиваясь ко мне лицом.

– Раз укрыл одеялом, значит, ничего не будет, – пробормотала я.

– Чего ничего?

– Ничего взрослого.

– Пф-ф-ф, аха-ха-ха, – Роуланд смеялся искренне, громко и довольно долго.

– Очень смешно? – спросила я, когда он, наконец, затих.

– Ты даже представить себе не можешь, насколько. Ты немного права и не права. Да, действительно ничего взрослого я не планировал. Но, если бы планировал, то одеяло на тебе определенно не стало бы помехой. – Роуланд потянул ко мне руку и погладил щеку пальцами.

Очень нежно.

Приятно и немного неловко. Приятно ощущать столь бережные прикосновения.

А потом Роуланд навис надо мной, глядя мне прямо в глаза.

– Ты же сказал, что ничего взрослого не будет, – прошептала я ему прямо в губы.

– А поцелуй – это не взрослое, это… что-то милое, – ответил мне Роуланд, прикасаясь своими губами к мои.

Милое? Только если поначалу. Не взрослое? Забудьте, если это не взрослое, если его жаркий поцелуй, от которого в голове все плыло – не взрослое, то от большего я сойду с ума.

– Спи, – шепнул мне Роуланд. – А завтра мы, наконец, снимем проклятие.

– Уверен?

– Я так влюблен в тебя, что этот глупый артефакт должен взорваться от моих чувств, – рассмеялся Роуланд.

– Я, кажется, тоже влюблена в тебя, – прошептала я. – Просто… не очень понимаю. Знаешь, я ведь совсем равно прекратила взаимодействовать с другими разумными из-за проклятия. Мне кажется, что я не до конца понимаю, как любить.

– Не страшно. У тебя доброе и любящее сердце, которое само все поймет. А если я нет, то я тебе зачем? – тихо сказал Роуланд. – Я научу тебя всему. Знаешь, хоть мне и не повезло с моей первой любовью, есть кое-что, что заставляет меня верить в любовь и почитать ее. Память драконьего рода. Да, не всем драконам везло с избранницами, но все же большинство влюблялись в прекрасных женщин и жили очень счастливо.

– Тогда… научи меня, если я что-то не пойму.

– Научу. И позабочусь, если ты захочешь. Утешу. И постараюсь развеять твои страхи. Ты ведь боишься завтрашней проверки?

– Да, – тихо созналась я.

– Тогда позволь мне обнять тебя и дать тебевыспаться без тревог.

Я устроилась в его объятиях и совершенно не сопротивлялась мягкой успокаивающей драконьей магии.

***

На следующее утро нас разбудила Мири – бодрая, веселая и очень счастливая.

– Вам не надоело спать?

– Нет, – ответил Роуланд, сонно сощурившись.

– Но нужно проклятье снимать. О, в рифму! Мне не нравится, когда Алиша становится полупрозрачной.

– Полу… – Роуланд резко замолчал. – Алиша, только не пугайся.

– Что такое? – спросила я, натягивая на себя одеяло правой рукой. И поняла – правая рука прозрачная. – Я все такая?

– Только рука пока, – тихо сказал Роуланд. – Вставайте, давайте разберемся с этим раз и навсегда. Где артефакт-измеритель?

– В подвале. Роуланд, ты что делаешь? – спросила я.

– Несу тебя на руках.

– Да не нужно, послушай…