Книга Истинное проклятье для дракона, страница 50 – Ольга Грибова

Я дернулась, прерывая очередной поцелуй. Ветер отреагировал мгновенно — обиженно взвился вокруг моих ног, подбросив юбку вверх. Но я уже опомнилась. Тряхнула головой и повела плечами, сбрасывая руки Смерча с себя.

Он отпустил, пусть и нехотя. Глянул хмуро.

— Мне казалось, ты не против, — произнес Смерч. — Прости, я, наверное, не так понял.

В синих глазах штормом закручивались эмоции. Я не успевала отследить смену их оттенка. Что это было — разочарование, боль или все вместе?

Мне не хотелось его обижать. В конце концов, он ничего плохого не сделал. Я сама пошла с ним, сама ответила на поцелуй. Не его вина, что он — не тот самый.

— Нет, ты все верно понял, — попробовала я объяснить.

— Тогда почему ты передумала?

— Просто мне нужен… особенный, — я не смогла подобрать другого слова.

Какую ошибку совершила, поняла сразу. По тому, как у Смерча дернулся в ухмылке уголок губ. Это была последняя эмоция, которую он мне продемонстрировал. Следом на его лицо будто упала маска, скрывая все чувства. Глаза и те потухли.

— Понятно, — кивнул он, пряча руки в карманы. — Я, видимо, недостаточно хорош для тебя. Не особенный, обычный.

С каждым словом он отступал все дальше. Прочь. А до меня, наконец, дошло, какую глупость я сморозила. Это надо уметь — так оскорбить мужчину! Определенно, мне нет равных в отказе неугодным кавалерам.

Досадуя на саму себя, я попыталась все исправить:

— Я не это имела в виду! — крикнула ему вслед. — Ты тоже мне нравишься, но…

Я замолчала, не зная, как все объяснить. Что сказать — подожди я распечатаю магию с другим, а потом полетаю с тобой? Звучит еще хуже.

Пока я, кусая губы, подыскивала слова, драконьер повернулся ко мне спиной. Глядя, как он уходит, я ощущала знакомую сладость эля на языке — мой личный вкус разочарования.

Смерч никогда об этом не узнает, но я безумно сожалею, что не он, а кто-то другой, станет моим первым мужчиной. Кто-то незнакомый и чужой.

* * *

Магисса обладала редким женским даром — она могла вознести до небес, а потом тут же столкнуть в пропасть. Вот и со Смерчем она поступила так же.

Едва она ответила на его ласки, боль и та отступила. Впервыеза… сколько лет? Он давно сбился со счета. Уже казалось, боль всегда была с ним и всегда будет. Но только не когда он обнимал эту невероятную женщину.

Желание расплавленным металлом затопило вены, и настроение поднялось. Собственные тактильные ощущения, впечатления, которые передавал ему ветер, все смешалось в безумный коктейль эмоций. И вот оно, еще немного — и сейчас воспарит… но не срослось.

Все резко изменилось. Вихрь отдалилась, закрылась от него. Только что была его, а теперь снова чужая. Что он сделал не так? От тяжести в груди даже дышалось с трудом. Словно на сердце рухнул обломок скалы и придавил.

Потянулся к ней. В чем дело? Ответ ударил наотмашь, как пощечина. Он не подходит. Вот так. А это оказывается больно, когда отказывают. Намного больнее ожогов от пламени дракона. Лучше бы они продолжали болеть.

Особенный! Кто бы подумал, что обычное слово, даже не ругательное, способно настолько задеть. Смерч повторил его про себя раз сто, не меньше. И с каждым разом злился все сильнее.

Значит, драконьер Смерч недостаточно хорош для магиссы. Ей подавай Дрэйка Глостера. Он с такой силой сжал кулаки, что суставы хрустнули.