Книга Лекарственный сад для дракона, страница 4 – Юна Ариманта

«Бежать! Бежать! Бежать!» — стучало у Люды в висках, но ее ступни будто примерзли к полу, и она не могла сделать и шагу.

Хищным движением он соскользнул с кровати, не обращая внимания на свою наготу и на растерянную любовницу. Он был воплощением гнева и мощи. Каждый его шаг по мягкому ковру был отмерен и смертельно опасен. Он приближался к ней, и воздух вокруг словно сгущался, трепетал от исходящего от него жара. От него пахло серой, дорогим вином и чужими духами.

Люда, парализованная ужасом, не могла пошевелиться. Расширенными глазами она лишь смотрела, как его рука с длинными золотыми когтями вместо ногтей сжимается в кулак. Ее собственные пальцы онемели.

— Я предупреждал тебя… — прошипел он, наклоняясь к ней совсем близко. Его дыхание обожгло ее лицо. — Не попадайся на глаза!

Его кулак со свистом взметнулся в воздух мощным, быстрым движением, не оставляющим шансов на спасение. И понесся прямо к ее лицу…

Инстинкт самосохранения сработал быстрее мысли. Люда резко отдернула голову в сторону. Кулак мужчины со свистом рассек воздух рядом с ее виском и врезался в дверной косяк. Раздался треск сминаемого дерева, и она почувствовала, как шевелятся на затылке волосы, и вдоль позвоночника пробирает холодом.

Ошеломленная происходящим, Люда не стала ждать второго удара. Развернулась и бросилась бежать. Ноги, подкашивающиеся от страха, несли ее по темному коридору прочь. За спиной раздалось оглушительное нечеловеческое рычание, но она мчалась не оглядываясь. Сердце колотилось где-то в горле, глуша все звуки, кроме топота собственных шагов, эхом раскатывающегося по каменному коридору.

— Стоять! — донесся до нее яростный вопль, но она уже летела вверх по лестнице, цепляясь за скользкие камни руками. Слезы застилали глаза, но она смахивала их тыльной стороной ладони, яростно ругаясь про себя. Не сейчас. Плакать потом.

Даже не сообразив, как добежала до двери в свою каморку, она влетела внутрь, захлопнула створку и прислонилась спиной к грубой древесине, пытаясь перевести дух. Давно она так быстро не бегала — было в молодом теле неоспоримое преимущество. Колени мелко тряслись, в ушах стоял звон. Однако из-за двери не доносилось ни звука.

Он не последовал за ней. Почему? Потому что она не стоила того, чтобы за ней гнаться? Потому что его гнев уже остыл, сменившись презрением? Потому что расплата все равно настигнет ее, не сегодня, так завтра? От этой мысли стало еще страшнее.

Люда устало опустилась на свое жесткое ложе, но сон не шел. Ночь тянулась бесконечно. Каждый шорох за дверью, каждый скрип дерева заставлял ее вздрагивать и вжиматься в твердые доски топчана, натягивая колючий плащ повыше и укрываясь им с головой, словно это могло ее защитить. Каждую минуту она боялась, что дверь сейчас распахнется, и он войдет, чтобы закончить начатое. Образ его разгневанного лица, искаженного звериной яростью, стоял перед глазами. Он был не просто жестоким аристократом. В нем сквозило что-то древнее, дикое и абсолютно бесчеловечное. Все ее естество кричало об опасности, исходящей от него.

Она не сомкнула глаз ни на минуту. Сидела, обхватив колени, и смотрела в темноту, пока в щели под дверью не показался первый бледный свет утра.Страх постепенно сменился ледяным, трезвым осознанием: здесь ей не выжить. Один день в этом месте показал, что ее ждет либо быстрая смерть от его руки, либо медленная — от голода, холода и забвения.