Книга Хозяйка усадьбы в долине драконов, страница 47 – Мия Нуар

— Могу, — прошептала женщина, нервно теребя подол грязной юбки.

— Пойдём со мной. Сытой жизни не обещаю, но кровом могу поделиться.

— Мисс… — завыла старуха и принялась целовать подол моего платья.

— Эхнарь, сейчас же прекрати! — я отошла на шаг. — До Сэллских холмов идти больше часа.

Женщина закивала головой и, подхватив ведро с овощами, зашагала впереди меня, часто оборачиваясь.

— Нам конец, мисс Эльнара, — театрально вздохнув, произнесла Дария, как только я поравнялась с ней.

— Я не могу её здесь оставить.

— Она благополучно выживала всё это время на улице. И дальше бы так жила.

— Дария, ну что же ты такая чёрствая?

— Мисс Эльнара, только не говорите, что она будет жить в доме.

— А где, по-твоему? На террасе?

— Можно и на террасе.

— Помоем, переоденем. Пусть у нас моет ступеньки. А жить… В доме много комнат. Место найдётся, — со вздохом произношу.

— И впрямь… Помощники нам не помешают, — задумчиво произнесла Дария. — И всё больше людей. Не так страшно будет.

У ворот усадьбы Эхнарь остановилась и вопросительно уставиласьна меня.

— Да, Эхнарь. Это теперь выглядит так, — со вздохом ответила и достала ключ из ридикюля.

Стены из камня, добытого в Сэллских горах, служили замечательно, и кладка совсем не обвалилась. Лишь в некоторых местах. А вот дерево… Рамы рассохлись, и влага, попавшая внутрь, начала своё губительное действие.

Эхнарь несмело вошла во двор и остановилась у калитки.

— Ммм… — старуха замычала и уставилась на меня.

— Надеюсь, у меня получится всё это, — я обвела рукой усадьбу. — Восстановить.

Глава 24

Гостиная тоже произвела такой же эффект на Эхнарь, как и двор, большая часть которого заросла сорняками и кустарниками. Женщина осторожно ступала по бугристому напольному покрытию, когда-то начищенному до сияющего блеска.

— Дария, принеси воды и поставь на печь. Нашу гостью нужно искупать.

— Я с ней рядом спать не буду, — Дария поморщила носом.

Девушка поставила полотняную сумку у диванов и, подхватив ведро, выскочила на улицу.

— Так… И во что же тебя переодеть, Эхнарь? — я приложила указательный палец к подбородку.

От пышных форм кухарки баронов Адосских не осталось и следа. Подозреваю, что под ворохом этой одежды — ещё более печальное зрелище. Я открыла небольшой сундук, что стоял у письменного стола, и достала юбку из серого сукна и такого же цвета блузку. Панталоны и коричневые чулки положила сверху на стопку одежды.

Дария прошла в кухню с полным ведром воды, бросив на меня хмурый взгляд.

— Эхнарь, вас всех разогнали после смерти родителей? — почему-то эти воспоминания были совсем расплывчатыми. Маленькая девочка стёрла всё воспоминания того времени, когда жизнь разделилась на «до» и «после».

Эхнарь утвердительно махнула головой. Понятно, что слуг из усадьбы выставили сразу же, и я даже не сомневалась, кто это сделал.

Картины, дорогая мебель, украшения…

Я нахмурила брови. Украшения? У баронессы Адосской они определенно были: серьги, колье…

Где теперь всё это?

Я бросила взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж… Понимаю, что состояние комнат на втором этаже ничем не лучше гостиной и столовой, а украшениям нашлась новая хозяйка. Всё же было жаль, что любимые вещи баронессы Адосской потеряны навсегда. Я тряхнула головой и выставила из хозяйственной сумки лампу и масло для неё в стеклянной бутылке. Подхватив продукты, что мы купили в Сэлле, направилась в кухню.