Книга Искупление злодейки 2, страница 169 – Кира Иствуд

– Из всех нас – это ты ей первый покоя не даёшь. Всю в снегу извалял, – усмехнулся Айсвар, многозначительно поведя бровью.

– Кто бы знал, что у нас арх такой ревнивый, – закатил глаза Кайрон.

– Вы что, на границу торопитесь вернуться? – пригрозил им арх.

Каиса склонилась к моему уху и прошептала:

– Хочешь, заберу тебя из этого балагана?

– И ты туда же? – вздохнул Дейвар, чей звериный слух, разумеется, уловил шёпот сестры.

Я же рассмеялась. На душе сделалось бесконечно тепло. Болтая и перешучиваясь, мы взошли на пригорок, откуда открывался вид на замок и долину.

– Ну что? К дому? – спросил Кайрон.

Дейвар кивнул. И все начали обращаться.

Кайрон взмыл в небо большим чёрным вороном. Айсвар и Каиса одновременно обратились в барсов и побежали по склону вниз – к высокой стене, окружающей город. Следом обратился Дейвар.

Я тоже внутренне потянулась к зверю. Тения откликнулась мгновенно. Мир дёрнулся, перевернулся, и вот я уже снова оказалась на четырёх лапах, чувствуя, как упругий снег пружинит под лапами.

– Мр-р-р! – радостно рыкнув, я рванула вниз по склону.

Мы неслись по снежной целине, вздымая серебристые вихри. В небе, раскинув крылья, парил Кайрон. Ломтик, спотыкаясь и урча, нёсся позади всех, его ледяное тельце сверкало на солнце.

Ветер бил в морду, раздувал шерсть, свистел в ушах.

Ах, как хорошо!

Я бежала, чувствуя бесконечную свободу. Свободу быть собой. Свободу бежать не оглядываясь. Свободу быть частью этого мира, этой стаи, этой семьи. И всё тёмное и мрачное, что случалось со мной, казалось миражом. Солнце играло бликами, и мне мерещилось,будто я вижу в их свете образ смеющейся богини Ньяры. И как всегда, я мысленно поблагодарила её.

Я верила, что она помогла мне на пути.

Её учение было о ценности жизни. О любви. И всё это я теперь держала в своих руках и в звериных лапах. А тот, кто во сне, обрывал мою жизнь – теперь стал самой сутью моей жизни.

Сны о будущем мне теперь если и снились … то изредка, и как размытые образы, но всегда счастливые. Например, этой ночью привиделось, что я играю в саду нашего замка с барсёнком – совсем ещё маленьким, чудесно трогательным. А ещё…

Внезапно снег попал в нос, отвлекая от мыслей. Не сбавляя бега, я отфыркалась. И широко открыла глаза.

Отсюда открывался потрясающий вид.

На стены города, на замок, что гордо тянул шпили к бледно-голубому небу. Город рос, отстраивался, хорошел. За год после падения скверны холода заметно отступили, тёплый период стал длиннее. Арх, укрепляя связь с землёй, передал ей часть своей магии, отчего урожай получилось снять дважды за лето. Люди оправились от травм, воссоединились с семьями. Наконец, пришли в себя.

Ещё Дейвар организовал патрули, для безопасности дорог. Города отстраивались и заселялись. Лазареты, которые я курировала, работали без перебоя, приняв и выходив сотни тысяч бывших осквернённых.

Дейвар нырнул в политику, в восстановление экономики, в отношения с соседями. А я… я нашла себя в организации школ и лечебниц. А сейчас ещё занималась перебором и редакцией общественных законов, конечно, не одна, а с советниками. Но мне нравилось вникать в то, что может сделать жизнь простых людей легче.

С Руандом укреплялись торговые отношения. Виктория с Аланом должны были приехать с визитом уже через месяц. Я ждала этой встречи.