Книга Маска честности, страница 32 – Анна Роквелл

– Да, вы правы, в самом начале люди склонны уходить в роман с головой. Особенно в юности. Саманта, но в любом деле важен баланс. В блюде – вкусов, в картине – цвета. И в отношениях тоже нужен. Вы только встали на путь восстановления собственного «я». И для вас очень важно не потерять это «я». Не позволить ярким чувствам захватить вас полностью. Вы понимаете, к чему я клоню?

Пусть и не сразу, но я кивнула.

Какая-то часть меня брыкалась и кричала, что все это ерунда! Я не зациклилась и не растворилась в отношениях. Мне очень нравится Оливер, и я хочу делать для него все то, чему нас учили сериалы из пятидесятых. Может, я так проявляю свою любовь? Разве это плохо?

Но другая часть, та, которой все еще было чуть больше тридцати, говорила, что отношения с Оливером просто удобный способ снова ничего не решать самой. Делать то, что говорит важный и значимый человек. И вся моя агрессия просто потому, что очень не хотелось это признавать. Мне нужно было время, чтобы наконец это осознать.

Ну что ж, вот и случилось то, от чего меня хотел уберечь Оливер: вечер пятницы и одиночество.

Всю эту неделю Оливер опаздывал, причем с каждым днем задерживался все сильнее и сильнее. Половина его команды заболела, на носу был какой-то сложный релиз, и оставшимся приходилось нелегко.

В понедельник и вторник Оливер задерживался недолго да к тому же оповещал меня сообщением. Я успевала перестроиться, начинала готовить позже и в целом не сильно грустила. В среду и четверг он опаздывал, сам сообщений не прислал, извинился и обозначил новое время прихода только после моего сообщения. В пятницу он написал, что будет вовремя, но в итоге отсутствовал уже на два часа дольше обычного.

Стейки остыли. Крутоны в салате размякли и превратили «Цезарь» в неаппетитное месиво. И только запеченный картофель все еще претендовал на звание вкусного.

Я сидела на диване в гостиной, нервно грызла ногти и каждые пять минут проверяла телефон. Увы, сообщения так и остались непрочитанными, а звонить в пятый раз мне казалось уже неприлично.

Я чувствовала себя брошенной. Мне было тревожно.

Как в калейдоскопе, мысли в голове перекатывались, переливались и превращались одна в другую. И все как одна были очень и очень темными.

Он попал под машину? Упал на рельсы? Таксист-суицидник врезался в столб?

Нет, тогда бы мне позвонили из больницы – я у него в контактах на случай ЧП.

А что тогда? Тогда… Тогда у него есть другая женщина. Он познакомился с ней на работе, она живет ближе к офису, и он тайно переезжает к ней, чтобы меньше тратить времени на дорогу.

Или еще хуже! Я настолько надоела ему своим вниманием и загонами, что он готов до ночи сидеть в офисе, только чтобы меня не видеть.

Где-то на задворках сознания здравый смысл говорил мне, что все эти мысли – полнейшая ерунда. Оливер жив, здоров, верен и все еще рад, что мы живем вместе. Просто на работе случилась какая-то беда.

Да только я до сих пор плохо понимала, что именно входит в его обязанности и почему это «что-то» заставляет его сидеть в офисе. Сколько бы он ни пытался объяснить, яснее мне не становилось. Ну он же не врач! Не пожарный! Не спасатель! Какого черта он не может просто встать и уйти? Да ладно уйти. Почему он трубку не берет?! У него там что, операция?