Книга Маска юности, страница 60 – Анна Роквелл

– Но у нас же на этот случай свой банк крови. С ее собственной или нашей на худой конец. Чтоб метаморфины оставались в норме.

– Я же говорю, дело было в Италии. В местной больнице. Ждать было некогда. Не оставлять же ее умирать.

– Кошмар! – Я побледнела и закрыла лицо руками. Это ведь и правда кошмар. Пенни никогда не работала на опасных контрактах, потому что была одним из самых небоеспособных агентов. И так попасть!

– Так что прости, что руки до тебя не дошли. Нам позвонили как раз через пару дней после твоего отъезда. Тут весь офис на ушах стоял. Она успела набрать Калеба из кармана, когда поняла, что встреча идет не по плану. И он все слышал. И как она стонала, и как едва слышно успела адрес назвать. Он теперь ходит к психологу. И тоже пока вне обоймы.

Я покачала головой, не веря своим ушам. Калеб – куратор Пенни. И парню всего двадцать лет. Ничего удивительного, что ему теперь предстоит долгое время провести в терапии. Слышать, как умирает твой подопечный, – в любом возрасте несладко.

– Привет, голубки! – Лидия ворвалась вихрем в кафе. Всех обняла, поцеловала и плюхнулась на свой стул. – Чего Сэм такая бледная? Сегодня здесь лучше ничего не есть?

– Я рассказал про Пенни, – тихо ответил Чед.

– Тогда всем яблочного пирога за мой счет, – постановила Бин и умчалась за стойку делать заказ.

– Сэм, ты, конечно, прости, но приехать было верным решением. – Мужчина проследил глазами за убежавшей подругой и вновь повернулся ко мне. – Я знаю, что ты не любишь врачей, но обследоваться стоило. Ты правда стала более эмоциональной. Это на тебя не похоже.

– Чед, а как по-другому? Ты ведь знаешь, какой это стресс для меня! Я ведь рассказывала про свою школу.

– Я знаю. Но для тебя каждое задание стресс. Ты каждый раз психуешь в самом начале, когда приходится вливаться в новый коллектив. Но не так. Ты не плакала на моей памяти никогда. Только орала и материлась. А это большая разница.

– Ладно, – недовольно поджала я губы. – Я уже тут. И уже жду результатов.

– Вот ваши эндорфины, – Лидия поставила на стол тарелки с кусочками пирога. – Что я пропустила?

– Пока ничего, – ответила я, пододвигая к себе любимый десерт. – Мы еще не обсуждали мой контракт. Я же знаю, что у вас есть вопросы не под запись.

Но друзья меня удивили. Они болтали о последних новостях и сплетнях внутри компании и в городе, но не обо мне. В итоге я не выдержала сама.

– Слушайте, я, может, чего-то не дочитала или не изучила, но я не могу понять, зачем меня приставили к Райану. Он очень адекватный подросток. За ним вообще не замечено никакого девиантного поведения.

– Навязчивые идеи его мамы. Склонность к тотальному контролю, – ответила Лидия.

– А не слишком ли высокая плата за потакание своим навязчивым идеям? – удивилась я.

– Не могу знать, что в головах у этих богачей, – развела руками подруга. – Насколько я помню, у миссис Кросс в последнее время были проблемы со здоровьем. Она посещала психиатра. А в условиях их дичайшего нервного напряжения перед сделкой по объединению компаний, я думаю, контракт с нами был незначительной ценой спокойствия.

– О’кей, принимаю, – кивнула я. – Но все равно мне непонятно, за чем следить, на что обращать внимание. Он слишком идеальный и положительный.

– По-моему, наоборот, дело проще простого. Если он такой замечательный, то любое отклонение от нормы будет заметно, – включился в разговор Чед.