Книга Одержимость Анны. Разбитые грезы, страница 82 – Макс Берман

– Если бы я только все это знала… – Анна покачала головой. – И какая же ирония, что я устроилась в «Мэнсис», одну из главных «зловещих» корпораций.

– Главное, что вы помогли самой себе и по большей части исцелились от своей травмы: начали любить себя и самостоятельно восполняете пустоту внутри себя. Несмотря на весь тот путь, что вы прошли, вы большая молодец.

– Мне сложно себя хвалить, вспоминая, что я натворила с самой собой и разными людьми. – Анна скрестила руки и бросила взгляд в сторону. – Я была готова на все, лишь бы вернуть Марка, и создала страшный хаос.

– Главное, что вы осознали это и исцелились. – Мужчина бросил взгляд на часы на руках и слегка кивнул головой. – Полагаю, что на сегодня это все.

– Конечно. – Анна встала и пошла в сторону выхода из кабинета. – Спасибо вам, Эдвард.

– Увидимся на следующей неделе. Предлагаю поработать над прощением Марка за то, что он вас бросил. И, конечно же, нельзя не проигнорировать ваше влечение к нанесению травм самой себе. Да, после пробуждения из комы это желание упало, но я считаю, что от него нужно полностью избавиться.

– Хорошо.

Анна открыла входную дверь и практически перешагнула порог.

– Эдвард? – Она остановилась и повернула голову к специалисту.

– Да, Анна?

– Скажите, что такое, по-вашему, любовь?

Мужчина посмотрел на Анну. Он мог бы ответить цитатой из «Википедии» или другого сайта, но это было бы неискренне. Несмотря на то, что у Эдварда было много лет опыта с клиентами, он видел разные истории и разрешал различные проблемы, он и сам не знал, как правильно ответить на этот многовековой вопрос.

– Я думаю, что только мы сами для себя можем определить значение этого одного из самых удивительных и самых опасных слов.

Анна сидела напротив широкого монитора, в котором просматривала бесконечные строки кода, наполненные ошибками. Она всматривалась в них секунды, минуты и часы, но они стали для нее лишь бессмысленными белыми пикселями на черном полотне. Она чувствовала себя художником или писателем, который никак не может справиться с чертовым белым листом. И пусть перед ней был уже написанный код, а «экранное полотно» было черным, она понимала, каково это творческим людям – сталкиваться с блоками при попытке создать что-то новое.

Наверное, самая главная проблема в том, где она работала. Она все еще была программистом «Мэнсиса»: после инцидента Анне и остальным выжившим предложили вернуться на те же должности, но в другом офисе и с новой командой. Из всех сотрудников вернуться в «Мэнсис» согласились только Анна и Эвелин. Генерального директора Кристиана Вольфа отстранили от должности, а вместо него поставили нового человека из «БлэкРока».

Но на самом деле Анна согласилась на возвращение в «Мэнсис» не просто так. Определенно не ради того, чтобы помочь компании устранять ошибки в коде и оптимизировать работу сервиса. Она хотела вновь столкнуться с самой собой.

– Не хочешь пойти с нами на обед? – предложила Эвелин. – Познакомимся с новой командой получше.

Анна продолжала бессмысленно смотреть на строки кода.

– Спасибо, нет. – Она покачала головой. – Я хочу пробежаться по алгоритму, который анализирует, сколько времени и каким образом пользователь рассматривает части тела на фотографиях. Думаю, тут стоит оптимизировать код.