Онлайн книга «Дочь княжеская. Книга 1»
|
Хафиза — что-то вроде целителя или врача. Заставила Христинку пить какое-то на редкость мерзкое пойло. Пришлось выпить, хотя, конечно, очень хотелось шваркнуть стакан (стакан ли? Тонкостенная узорчатая шестигранная кружка-бокальчик на трогательно тонкой ножке…) об стену. А попробуй не выпей. У Хафизы Малкиничны невыносимыйвзгляд. Бровью поведёт, и всё сделаешь, лишь бы не смотрела больше в твою сторону. Хафиза сама назвалась. Я, мол, такая-то. Христинка тогда ещё говорить не могла, только кивала. Всё-таки нахлебалась воды, едва не умерла. Хафиза с ней сидела, держала за руку. Несколько дней подряд. А потом Христинка пошла на поправку и добрая целительница стала приходить реже. Видно, были у неё ещё дела помимо подобранной в море иномирянки. Что Христинка из другого мира, Хафиза восприняла на удивление спокойно. Как будто к ним сюда каждый день попадают пачками! Самое же удивительное, что разговаривала Малкинична по-русски! Немного не с теми интонациями, некоторые слова звучали иначе, но в целом язык оставался тем же. И сразу чувствовалось, что для Хафизы он родной. Вот так. Христинка отставила стакан, потёрла лицо. В голове толпилась куча вопросов, но с какого начать… — Где я? — спросила Христинка наконец. — Сосновая бухта, — скупо ответила Хафиза. Ишь, неразговорчивая. 'Сосновая бухта',— очень понятно, что это такое и где находится… — Послушай, я… Я здесь чужая, я сама не знаю, что произошло… как это всё случилось… но мне надо, понимаешь, очень надо вернуться домой! Меня бабушка ждёт. И мама… — Христинка судорожно вздохнула, вмаргивая бессильные, злые, виноватые слёзы, — Как мне вернуться? — Никак, — отрезала Хафиза. Полуотвернулась, стала смотреть в широкое окно. У неё оказался правильный греческий профиль, хоть на монете чекань. Красивая девчонка, только какая-то уж чересчур суровая. За окном зеленело высокое небо, в тончайшей золотой паутине перистых облаков. Резко, отрывисто кричали морские птицы. Пахло морской солью, йодом, водорослями, сосновой смолой и почему-то акацией, хотя вроде бы акация давно уже отцвела… А впрочем, кто его знает, может быть, здесьакация цветёт круглый год. — Как это никак? — возмутилась Христинка. Хафиза пожала плечами. Потом всё же снизошла, объяснила: — Кто тебе дверь из мира в мир откроет? Князь, что ли? Жди, сейчас. Князь. Тот жуткий тип, что допрашивал тогда Малка рыболова, отца Хафизы… Да. Такой и впрямь не станет стараться ради безродной попаданки. — Что же мне делать? — заплакала Христинка. — Ну, что, а? — Сначала на ноги встань, — хмуро посоветовала Хафиза. — Потом у нас поживёшь, дело тебе найдём.А там видно будет. Она отклеилась от окна, взяла стакан. Посмотрела Христинке в лицо и приказала: — Спи. Сон упал неподъёмным грузом. Вот ведь ведьма, ещё успела подумать Христинка. Гипнотизёрша окаянная. * * * Проснулась Христинка уже поздним вечером. Закат разложил по небу красочный пасьянс, и знакомая алая луна скалилась сквозь облако располневшей улыбкой. Сколько же прошло дней, невольно думала Христинка, рассматривая месяц. Наверняка не меньше семи! Там, дома, Луна вот так менялась примерно именно за такое время… Сон помог или выпитое перед ним пойло, но сил прибавилось. Христинка сумела сама сесть. А потом и встать. Шатало, в голове шумело. Но до окна Христинка добралась. Влезла на низкий широкий подоконник, привалилась спиной к косяку. Стала смотреть, куда попала. |