Онлайн книга «Дочь княжеская. Книга 1»
|
Судьба. С ума сойти. На лоб легла прохладная рука, и другой голос спросил участливо: — Как ты? Хрийз не сразу поняла, что спрашивают у неё. Но ответить не смогла, только застонала слабо. На большее не хватило сил. — Господин Нагурн, раз уж вы здесь… Не хотелось бы тревожить Дахар, она сейчас спит. Поможете? — Да, Ичкрам. Конечно. Прямо сейчас? — Вы же сами видите… Хрийз обессилено выдохнула. И утонула в забвении снова. Она снова брела по бескрайнему ледяному полю, и холод разъедал тело, пронизывая до костей и до мозга костей; синие огни светили откуда-то снизу, из-под замерзшего в бурю моря. Волков не было, не было и страха, только тревожная, муторная какая-то тоска. Время уходило, проливаясь струйками песка сквозь пальцы. Что будет, когда оно просыплется до конца? Пошёл снег. Мелкие сухие искорки резали кожу как осколки стекла. Скоро начнётся буран. Хрийз знала как это будет: усиление ветра до ураганного, резкий мороз, стена снежного ливня… Странным образом её это не волновало, хотя буран в её положении грозил смертью. Но смерть не пугала так, как должна была. Ну, умру. Эка невидаль. Все умирают, рано или поздно… Впереди, в стылой позёмке, рождался мираж. Синеватое призрачное сияние обретало объём и форму. Хрийз напряжённо всматривалась в него. Картинка казалась знакомой до боли. Она и была знакомой. До боли! Собственная комната в потерянном навсегда доме. В городе Геленджике, стоящем у Чёрного моря. Странный ракурс, будто смотришь… да, будто смотришь из изнанки зеркала. Столик, две свечи. Бабушка… Бабушка сидела за столиком, по ту сторону зеркальной плёнки. Родное до боли лицо… — Бабушка! — закричала Хрийз, срываясь на бег. — Бабушка-а! Мираж не приближался. Девушка бежала, сходя с ума от напряжения сил, и ледяная пустошь летела назад, но мираж не приближался. — Бабушка! А вот крик долетел. Пожилая женщина по ту сторону прозрачного зеркала вздрогнула, и губы её шевельнулись: Христина. Хрийз с разбега ткнулась в прозрачную стену, мгновенно вспыхнувшую зелёной ажурной сетью. Сеть была такая же, как и та, что накрыла дыру в скале Парус. Может быть, та же самая. Хрийз вломилась в неё на полном бегу, и сеть спружинила, отбросив её назад, под режущие осколки снежного ливня. — Бабушка… — сорванным голосом прошептала Хрийз. Мираж распадался, истаивал в снежной круговерти, пропадал. Мгновение, и его не стало. Зато из ветра и снега соткалась принцесса Чтагар. Хрийз ничему уже не удивлялась. — Надумала уйти? — дружелюбно спросила Чтагар. — Так не уходят. — Пустите меня! Сейчас же! — крикнула Хрийз. Крик её поколебал воздух и на миг снова вызвал зазеркальную картину, но — только на миг. Порыв ветра опрокинул Хрийз на лёд, а снег стремительно затушевал видение. — Я — Страж, — тихо пояснила Чтагар, не двигаясь. — Я сохраняю, я берегу. Прости. Ты слишком далеко зашла, осенний цветок. Не можешь вернуться, уйди правильно. Не позволю рвать тонкие ткани моего мира в клочья. — Я прослежу. Из метельной круговерти соткался Ненаш. Отчего-то здесь он выглядел внешне ещё младше, чем на самом деле. Хмурое бледное лицо, кулаки в карманах куртки… — Нагурн, ты? — показалось, или в голосе Чтагар прозвучало облегчение. — Не твой вроде черёд. — Не мой, — согласился Ненаш. — Смотри. Случится что, — зови. |