Онлайн книга «Дочь княжеская. Книга 4»
|
Хрийз перевернула тетрадку, чтобы прочитать фамилию на титульном листе. То есть, попыталась перевернуть. Пальцы прошли насквозь, не стронув лёгкую бумагу с места. Хрийз не поверила собственным глазам. Поднесла руку к лицу — вот же они, пальцы! С обломанными ногтями, со скверно зажившей царапиной, с заусеницей, чёрт возьми, на мизинце. И если прикусить один из них зубами, будет больно! Но эти, такие живые, реальные, способные ощутить боль пальцы не могли сдвинуть тетрадный лист. Они проходили насквозь — через любой предмет. Шкаф, стену, пол. Они ничего не могли. Ни поднять, ни перевернуть, ни толкнуть — ничего! Хрийз в ужасе заметалась по комнате. Память приходила к ней болезненными толчками. Память об злой Цитадели. О последней битве за собственный мир. Третий Мир Двуединой Империи, мир магии и зелёного солнца, оказывается, давно уже стал её миром, а она и не заметила. Теперь, чётко вспомнив, что последняя Опора ужасного Третерумка разрушена, и Потерянные Земли, начавшие войну за доступ к перекрытому выходу в их империю, остались с носом, Хрийз испытала злое удовлетворение. Мир спасён, со врагом, лишившимся надежды на помощь извне, как-нибудь разберутся. Долг дочери правителя исполнентак, как и не снилось, — с лихвой. Это ли не счастье? Но счастье не снимало вопроса, что делать дальше. Существование в призрачной форме казалось форменной насмешкой судьбы. Язык не поворачивался сказать «спасибо» за то, что не убило совсем. Хрийз села на подоконник, обхватила коленки руками. По щекам потекла горячая влага. Как же странно ощущать себя человеком во всём. Вплоть до мелочей, вроде шершавой, треснувшей краски деревянного подоконника под босыми ступнями. И в то же время понимать, что ты призрак. Или как это точнее назвать. Наверняка есть у высших магов умные слова для такого вот состояния. Энергетический слепок души… нет, не совсем то. Вот же… не прочла до конца ту книгу, где как раз описывались различные типы призраков. Кому-то из них можно было помочь вернуться в тело из плоти и крови, можно! Хрийз помнила точно, что читала именно об этом. Но вот как именно это делалось, она не помнила. Не дочитала потому что. Остервенелое “кудах-тах-тах” долбило в мозг перфоратором по железной арматуре. Сумерки пришли неспешно, жемчужные, светлые, наполненные запахами близкого моря и цветущего шиповника. Хрийз всё так же сидела на подоконнике, знакомом до последней трещинки подоконнике её собственной комнаты из той, другой, утраченной, казалось бы, навсегда, жизни. Не получалось у неё думать «мой дом». Вообще. Её дом остался в Сосновой Бухте. А здесь, судя по рабочему столу ученика седьмого класса, давно уже жили другие люди. Если, конечно, это вообще Земля и вообще Геленджик. Унести через распадающийся портал могло ведь куда угодно. А чем ближе миры друг к другу, тем больше в них сходства. «Я не хочу!» — в отчаянии думала Хрийз. — «Не хочу — вот так! Я хочу вернуться! Ведь зачем-то же я не умерла насовсем, значит, я могу, могу вернуться!» Дверь открылась со знакомым полускрипом. Хрийз вскинула голову, разглядывая вошедшего. Девочка. Худенькая, со смешными косичками, на конце каждой косички — резинка с висюльками, пластиковыми, конечно же. И что-то было в ней не то… А потом Хрийз поняла, что. Девочка сильно хромала, но почему-то не было при ней трости. И какой умник догадался поселить хромую на второй этаж?! Впрочем, охрометь она могла недавно, а покидать свою комнату — отказаться наотрез… |