Онлайн книга «Дочь княжеская. Книга 4»
|
— Я… — тихо начала Сихар, и голос её сорвался, но она вздохнула, беря себя в руки, и продолжила: — Я была против уничтожения Алой Цитадели потому,что где-то там, среди истощённых душ, оставались мои родные и… дети… Двое старших моих… от Пальша Црная… — снова вздох, короткий, прерывистый. — Я надеялась, что… Что их можно будет отпустить… Как и остальных. — Но не это было главной причиной, не так ли? — Вы чувствуете истину? — спросила Сихар, и по тону ее Хрийз догадалась о горькой улыбке, тронувшей губы целительницы. — Ваша сестра, Хрийзтема Старшая… У нее был… был этот глаз. Истинный взор, одна из… магических техник высшего порядка. Насквозь каждого… поймаешь взгляд ее, хотя бы и вскользь, сразу голой себя почувствуешь… А уж если она намеренно хотела что-то вызнать… — Я — не она, — сообщила Хрийз, не поднимая век. Ей не хотелось смотреть на Сихар. Достаточно было того, что целительница сидела напротив. — Не уверена, — сказала Сихар после паузы. — Стихия Жизни может умереть и в вас, как когда-то умерла в ней. — Поэтому вы хотели сжечь начавшее оживать тело? Вы ее не любили, Сихар. Я читала. И мне рассказывали те, кто помнит — Нет, — категорично ответила Сихар. — Не любила, — снова горькая усмешка, легко считываемая через интонацию. — Что не любила! Ненавидела я ее. Смотрите, смотрите истинным взором, ваша светлость: ненавидела я вашу старшую сестру! Не человек она уже была, — чудовище. — А меня ненавидите тоже? — вопросы сами слезали с языка, будь Хрийз хотя бы наполовину здорова, не решилась бы она разговаривать с женщиной старше себя так. Но в голове крутился нескончаемый бесовский хоровод, язык высох и шлепал бесконтрольно, дико хотелось пить и просто было тупо плохо. Так плохо, что уже даже боль приелась, стала из выносящего мозг ужаса всего лишь фоном. — Вас — нет… — тихо, трудно выговорила Сихар. — Тогда почему?… На полную фразу не хватило сил. Сихар молчала, даже, кажется, реже стала дышать. Неужели боится?! Хрийз все-таки совершила над собой насилие и открыла глаза. Увиденное потрясло ее: по оранжевым щекам целительницы медленно ползли слезы. — Что вы! Зачем… — Не… берите в голову, ваша светлость, — Сихар вздохнула, переводя дыхание. И снова по телу прошлось жарким пламенем раздраженное бешенство. Плачет, но ничего не говорит. “За кого она меня держит?!” — яростно подумала Хрийз, стискивая в кулачках собственную одежду. Так, успокоиться! Сейчас же, ну!Девушку начали тревожить эти гневные припадки, раньше ничего подобного за собой она не помнила. А сейчас прямо как сама не своя, чуть что не так, и — бесит, бесит до беспамятства! Так ведь и убить кого-нибудь можно. Нечаянно. Без злого умысла. Просто не сумев однажды сдержать откликнувшуюся на эмоции магическую силу. Ткань, рукой Ели — рукой мага Жизни, пусть и младшего! — затрещала под пальцами. — Сихар, — сказала Хрийз, понижая голос до почти шепота, — расскажите. Пожалуйста. Я все равно ведь узнаю! — Я… ощутила присутствие, — тихо, в тон, ответила целительница. — Я так давно не… чувствовала ничего подобного… и вот опять. Говорить о Рахсиме было нельзя, его все считали мертвым, и свои, и мы. Поэтому сошла версия о вселении одной из потерянных душ из убитой Цитадели… Вот почему я так не хотела… — голос женщины прервался, но она взяла себя в руки, — вот почему нельзя было рушить проклятую Опору. Души, питавшие ее, рассеялись в городе и окрестностях. Истощенные, вырожденные, они не способны пройти через Грань к новому рождению. И потому так опасны. Им нужна сила, нужна энергия, и они ее поглощают как могут. Вы даже не представляете, что у нас тут началось… и продолжается до сих пор… Вселенец в этом теле… В теле, которому так много дано… Он, в общем, натворил бы бед. Но надеялась я все же сжечь Рахсима. |